Убить насмерть, так скажем.

Вот и сидел я сейчас с тоской в глазах, рассматривая всякий мусор, доставшийся мне с этих двоих. Но не транспортировка добычи занимала мои мысли, вовсе нет – перед смертью маг успел сказать, проникнувшись, видимо, нашей дуэлью, в которой он сам тоже «регенерировал» два раза, что они – остатки рейд-группы гильдии под названием Гром, отбившей один из входов у Тумана, а после – отхватившей от Легиона Феррата, ещё одного товарищества, решившего наложить лапы на Лабиринт. И именно их члены загнали сюда останки группы Грома, успевшей проскочить в подземелье. Непонятно, как именно Железный Легион до них добрался, но факт остаётся фактом – целая группа разбита без потерь, а сбежать удалось только магу с очень специфичным заклятьем и воину, у которого наверняка что-то для побега тоже имелось.

Хотел ли я встретиться с людьми Легиона? Ничуть. Но и способов избежать встречи с ними не видел. Переждать? Найдут – уж больно заметны ворота, ведущие в этот зал. Добраться до перекрёстка и вернуться туда, откуда я стащил статую? Так ровно то же самое – прятаться там негде. Потому за рабочий вариант я принял прорыв; остатков печатей хватит, чтобы проскочить мимо. Опуститься со свежеполученного двадцать второго уровня до двадцать первого не жалко, но уж точно не в бою с игроками. Там шансов на потерю части экипировки и содержимого инвентаря, вроде как, побольше, нежели при смерти от рук монстров.

В идеале сейчас будет успешный побег от Железных, а после – последний бой с какой-нибудь оравой местных монстров, которые дадут мне больше, чем отберут. До двадцать третьего, двадцать четвертого и двадцать пятого уровней нужно пятнадцать, семнадцать с половиной и двадцать тысяч опыта соответственно. За бой без оглядки на возможную смерть, да с тремя очками параметров, которые всё равно отберут вместе с уровнем, можно мно-о-огое сделать. Осталось только найти достаточную толпу монстров, чтобы не просто об них самоубиться, а погибнуть, выжав из ситуации максимум возможного.

- Ну, пожелайте мне удачи! – Кивнул я трупу мага, после чего – развеял и его, и воина. Второго – просто за компанию, а вот первый хорошо сражался, и в бою с ним я дважды прошёл по грани. Вернуть такому частичку опыта мне показалось вполне естественным…

Чокуто в правой руке, выпавшее со скелета редкое копье – в левой. Иначе его просто не получалось утрамбовать в инвентарь, не превышая ста процентов нагрузки. Если будет мешаться в бою, то можно и выбросить, а пока пусть будет. Чай, есть не просит, а стоить со встроенным вампиризмом в пятьдесят процентов от каждого пятого удара будет нормально. Как треть эпика, по моим прикидкам и устаревшему каталогу.

Срываюсь с места, пробегая через ворота. Секунда – и стены коридоров смазываются в нечто серое, а я продолжаю набирать скорость, уверенно достигая приблизительного значения километров так тридцать в час. В группе с Яном я так не носился из-за того, что его пределом была вдвое меньшая скорость, да и таким образом многое можно пропустить, но сейчас мне это «многое» было не очень-то нужно, а классического воина рядом не наблюдалось.

Вот и ношусь, тормозя лишь на поворотах.

Спустя двадцать минут такого бега я проскочил мимо пятёрки игроков, которые даже не успели среагировать, так как в этот момент дружно ковыряли что-то у стены. Кажется, они даже попытались запустить чем-то мне в спину, но – не выгорело, дистанцию я разорвал быстро, даже не прибегая к использованию печатей. Сэкономил стратегически важный ресурс, которого считай что и не осталось…

М-мать!

В каких-то миллиметрах я разминулся с чуть не разрубившим меня надвое мечом, успев толкнут себя печатью. Окружение резко изменилось, и вместо пустеющих коридоров я оказался прямо среди тех, от кого вроде как уже смылся. Но – как?

Печать тянет меня на три метра назад, чокуто, чиркнув по верхней грани умертвия со щитом, оставляет глубокую борозду на его щеке, заставляя воина рефлекторно дёрнуться, пытаясь закрыть лицо.