Печать тянет меня на три метра назад, чокуто, чиркнув по верхней грани умертвия со щитом, оставляет глубокую борозду на его щеке, заставляя воина рефлекторно дёрнуться, пытаясь закрыть лицо. Ещё одна печать, - на этот раз – метровая, - и я наношу удар по его бедру, лишая противника мобильности. Добить не дают – в дело вступает тот самый мечник, который попытался нашинковать меня в начале. Только сейчас удаётся осмотреть поле боя целиком; четверо. Не пятеро, а четверо. Где дружка потеряли, интересно? Или…

Замечаю вдалеке несущийся на нас силуэт в балахоне. Приближался он оттуда, куда я пытался сбежать. Замещение? Тогда становится понятно, почему в момент перемещения на меня уже опускался меч.

Отступаю ещё на пару шагов назад и замираю на секунду, мысленно ругаясь на то, что с мой куцый мозг пришла именно идея с проклятыми вещами, а не редкими. Да, сильно, но только против монстров и в дуэлях один-на-один или, в крайнем случае, один-на-двоих, когда первого врага удаётся вырубить сразу. Против пятерых же, да без умений… Из-за новой эволюции я ещё и ослаб до кучи, так что победителем отсюда точно не выйду.

Хорошо, что удалось серьезно, на треть здоровья и травму ноги, - теперь он едва-едва двигался, - задеть щитовика. Так, глядишь, и уйду, если они не решат за мной гоняться неполным составом – с моими скоростями танка придётся бросить в любом случае, если они не смогут его подлечить…

Взгляд цепляется за крошечную белесую точку, сформировавшуюся на кончике пальца призрака. Секунда – и он, перехватив собственную руку и сложив пальцы на манер пистолета, наводит её на меня. Бросаюсь в сторону, успевая заметить похожие на маленькие факелы сгустки пламени, каждые пол-секунды расчерчивающие воздух и обдающие мою спину жаром небольших, но смертельно опасных взрывов. Десяток выстрелов – и я останавливаюсь, кое-как метая зажатое в левой руке копье. То преодолевает шесть-семь метров, отделяющих меня от приближающегося мечника, но он просто отмахивается…

А я, подтянув себя печатью к низкому потолку, перелетаю над ним, обрушиваясь прямо на голову игрока, предположительно переместившего меня в подготовленную засаду. Один ложный и один настоящий выпады оборвали жизнь [Искажающего Пространство] тридцать второго уровня – в бою он, похоже, был полным нулём, так как ни уклониться, ни сдержать мою атаку даже не попытался. Или дело в том, что он явно накладывал какие-то усиления на сопартийцев…?

В любом случае, ответ я уже не узнаю, так как нас разделяло по меньше мере три десятка метров…

Неладное я почувствовал, когда на каменном полу ясно нарисовалась моя тень в окружении бледно-зелёного ореола, а секундой позже, после крайне непродолжительной вспышки боли, я смотрел на сообщение в логах.

Меня, как бы странно это ни звучало, убили. Тысяча с копейками моментального урона…

Кто ж знал?

***

«Заново родившись» на главной площади Некрополя, как последнего посещённого города, я тут же проверил инвентарь. В потери ушло копье, мантия, перчатки и некоторое количество оставшейся расходки для печатей, плюс сами печати, которыми я обклеил свою экипировку, но не успел использовать. Вся остальная экипировка потеряла по пятнадцать-тридцать процентов прочности. Чокуто… оставшиеся сорок процентов удручали, но меч всё равно придётся менять. С недавних пор проклятые вещи это, так скажем, несколько не моё…

Статуя осталась на месте, в инвентаре, что меня несказанно радовало. Недолго думая, я отослал на почту Дурага с пометкой срочно добытые сведения касательно подземелья, а так же те части видеозаписи похода, которые я хотел продемонстрировать. Момент присвоения статуи и подготовки к оному я благоразумно вырезал – благо, что лишние вопросы Дураг вряд ли будет задавать, так как понимает, что такое личная тайна.