|
Ты далеко не так некрасива, как был я, и намного умнее меня, но я не буду возражать, если тебе повезет больше, - Генарр широко улыбнулся. - Я как бы получил еще один шанс, намного лучший шанс. Но хватит об этом. Я думаю, ты пришла поговорить не на эту тему. Я не так проницателен, как ты, но уж в этом я уверен. - Да, я хотела поговорить о маме. - Ах так? - Генарр нахмурился и приготовился к неприятному разговору. - Так в чем дело? - Вы знаете, она почти закончила свою работу. Если она соберется возвращаться на Ротор, она, конечно, захочет взять меня с собой. Должна ли я лететь вместе с ней? - Я думаю, должна. Ты не хочешь этого? - Нет, дядя Зивер, не хочу. Я чувствую, что мне необходимо остаться здесь. Вы не можете сказать комиссару Питту, что хотели бы задержать нас на Эритро? Придумайте какой-нибудь благовидный предлог. А комиссар, я уверена, будет только рад, особенно если вы сообщите ему, что по полученным мамой данным Немезида все-таки уничтожит Землю. - Она сама сказала тебе об этом? - Нет, но в этом не было необходимости. Вы можете передать Питту, что скорее всего мама будет только раздражать его настойчивыми требованиями предупредить Солнечную систему. - Тебе не приходило в голову, что Питт не обязательно будет охотно следовать моим советам? Если он поймет, что я хочу оставить Юджинию и тебя на станции, он просто из желания досадить мне может приказать вам вернуться на Ротор. - Я совершенно уверена, - спокойно возразила Марлена, - что комиссар охотнее оставит нас на Эритро, чем удовлетворится сомнительным удовольствием досадить вам. И потом, вы сами хотели бы, чтобы мама осталась, потому что вы... потому что она вам нравится. - Очень нравится. И, кажется, это на всю жизнь. Беда в том, что я не нравлюсь твоей маме. Ты мне как-то сама сказала, что ее мысли до сих пор заняты твоим отцом. - Дядя Зивер, вы нравитесь ей все больше и больше. Вы ей очень нравитесь. - Марлена, нравиться не значит любить. Я уверен, ты уже поняла это. - Я говорю о пожилых, - сказала Марлена и покраснела. - Вроде меня, - Генарр запрокинул голову и расхохотался, потом сказал: - Прости меня, Марлена. Я просто хотел сказать, что старики всегда считают, что молодые люди еще ничего не знают о любви, а молодые уверены, что старики уже все забыли. Ты знаешь, и те и другие неправы. А почему ты считаешь, что тебе необходимо остаться на Эритро? Уж, конечно, не из-за того, что тебе нравлюсь я. - Конечно, вы мне нравитесь, даже очень нравитесь, - серьезно сказала Марлена. - Но здесь я хочу остаться по другой причине: мне нравится Эритро. - Я объяснил тебе, что это очень опасная планета. - Но не для меня. - Ты все еще уверена, что чума тебя не тронет? - Конечно, не тронет. - Но как ты можешь знать? - Просто знаю. Я всегда знала это, даже когда была на Роторе. Я не могу не знать. - Разумеется, не можешь. Ну а после того, как мы рассказали тебе о чуме? - Это ничего не изменило. Здесь я чувствую себя в полной безопасности. Даже в большей безопасности, чем на Роторе. Генарр медленно покачал головой. - Должен признаться, этого я не понимаю. - Он внимательно посмотрел на серьезное лицо девушки, на ее темные глаза, полуприкрытые роскошными ресницами, и продолжил: - Тем не менее, Марлена, разреши мне попытаться на пальцах объяснить тебе смысл твоих слов - конечно, если у меня что-то получится. |
