|
Теперь он поседел, слегка ссутулился (высоким он никогда не был) и казался нездоровым. Должно быть, подумал Крайл, ему уже давно пора подумать о пенсии; правда, трудно себе представить, чтобы этот старик не мечтал умереть в своем рабочем кабинете. Впрочем, отметил Крайл, взгляд Танаямы, как всегда, был внимательным и острым. Крайл понимал Танаяму не без труда. На Земле английский язык уже давно стал средством общения людей независимо от их национальности, но Танаяма говорил на диалекте, заметно отличавшемся от диалекта Северной Америки, к которому привык Крайл. - Итак, Фишер, на Роторе вы полностью провалились. Крайл вообще не собирался возражать, а уж тем более Танаяме. - Да, директор, - сказал он невыразительно. - И все же вы еще можете располагать полезной для нас информацией. Крайл бесшумно вздохнул. - Меня уже опрашивали много раз, - сказал он. - Мне об этом говорили. Однако вас спрашивали не обо всем. У меня есть вопрос, на который я - именно я - хотел бы получить ответ. - Слушаю, директор. - Не замечали ли вы в годы вашего пребывания на Роторе чего-то такого, из чего можно было бы заключить, что роторианские руководители ненавидят Землю? Крайл удивленно поднял брови: - Ненавидят? Для меня было очевидно, что роториане, как, по-моему, и жители всех других поселений, смотрят на Землю сверху вниз и считают землян отсталыми, жестокими и вероломными. Но ненавидеть? Честно говоря, я думаю, что они считают ниже своего достоинства ненавидеть нас. - Я говорю о руководителях, а не о всех жителях. - Я тоже говорю о руководителях. Никакой ненависти я не замечал. - Другими причинами объяснить это невозможно. - Извините, директор, могу ли я спросить - что объяснить? Танаяма бросил на Крайла внимательный взгляд (в нем чувствовалась настолько сильная личность, что собеседники крайне редко обращали внимание на его рост). - Вы знаете, что к нам движется новая звезда? Непосредственно к нам? Пораженный Крайл быстро обернулся к Уайлеру, но тот спокойно сидел в полутени, вдали от падавшего из окна солнечного света, и, судя по его виду, не обращал особого внимания на происходящее. - Итак, Фишер, садитесь, если это поможет вам думать. Я тоже присяду, - и Танаяма присел на край стола, свесив коротенькие ноги. - Вы знали о движении звезды? - Нет, директор. Я вообще не знал о существовании звезды, пока агент Уайлер не сообщил мне. - Не знали? Но роторианам это, конечно, было известно. - Возможно, но мне никто не говорил об этом. - Ваша жена была взволнована и возбуждена в последние месяцы перед отлетом Ротора. Так вы сказали агенту Уайлеру. Что послужило причиной? - Агент Уайлер предположил, что, возможно, именно она открыла звезду. - И, возможно, она знала о траектории ее движения и радовалась, представив себе, что будет с нами. - Не вижу, чему бы она могла в таком случае радоваться, директор. Должен сказать вам, что мне по сути дела неизвестно, знала ли она о траектории звезды или даже о ее существовании. Я думаю, никто на Роторе не знал об этой звезде. Слегка потирая, как бы почесывая подбородок, Танаяма задумчиво посмотрел на Крайла: - Я полагаю, все роториане - европеоиды, не так ли? У Крайла округлились глаза. |
