Колин размышлял, насколько Лизетта опасна. Она кажется такой хрупкой и женственной, но он, по рассказам сестры Амелии, знал, как обманчива бывает внешность.

– У вас есть другие предложения, мадемуазель? Может быть, вы думаете, что мне следует заниматься поисками средь бела дня?

– В маске? – спросил Куинн, наконец, отодвигая от себя тарелку.

– Зачем она ему? – Лизетта оглядела Колина с макушки до вытянутых длинных ног обутых в сапоги. – Жаль скрывать такую красоту. – Ее губы соблазнительно изогнулись. – Хотела бы я увидеть вас обнаженным.

Куинн фыркнул:

– Вот видишь, милая. Вот почему ты не Ева. У тебя не хватает чутья, необходимого для покорения мужчины.

– Вы можете завязать глаза, – подмигнув, предложила она Колину, – и называть меня любым именем, которое вам нравится.

Впервые за долгое время Колин рассмеялся.

– Осторожнее с ней, – предостерег Куинн.

– Я предоставлю эту задачу тебе. Утром я уеду в Бристоль. Прошлое Картленда может быть связано с настоящим. Я надеюсь, что-то там обнаружится, и это даст мне некоторое преимущество.

– Хорошая мысль. – Куинн задумчиво поджал губы. – Мы с Лизеттой останемся и разузнаем что-нибудь здесь.

– Меня беспокоит, что он отправится один, – сказала она, и в ее голосе послышалась стальная нотка.

– Ты к этому привыкнешь. – Куинн раскинулся на стуле с небрежной грацией, закинув руки за высокую спинку и широко расставив ноги.

– Как бы хорош ты ни был, – презрительно заметила Лизетта, – иногда ты мне страшно не нравишься.

Куинн усмехнулся:

– Значит, мы договорились. Митчелл ищет в Бристоле. Мы с тобой работаем в городе.

– Возможно, мне лучше поехать с ним, – сказала Лизетта с улыбкой на губах, но не в красивых глазах.

– О, ты этого хочешь? – Наигранная радость Куинна заставила Колина снова рассмеяться. – Чудесно. Если не для Митчелла, то для меня. Прости, приятель. – Он передернул плечом и положил руку на стол.

Прежде чем они оба поняли, что произошло, Лизетта уже стояла у стола и забытый Куинном нож аккуратно вонзился в стол точно между его небрежно раздвинутыми пальцами.

Куинн окаменел при мысли, что чуть не лишился одного или двух пальцев.

– Проклятие.

Она наклонилась к нему:

– Не смейся надо мной. Неразумно злить и недооценивать меня, mon amour.

Колин встал.

– Благодарю вас за любезное предложение сопровождать меня, – торопливо сказал он, – но я с полным к вам уважением должен отклонить его.

Лизетта, прищурившись, посмотрела на него.

– Вы мне совсем не доверяете, – сказал он, – но заверяю вас: у меня есть важные причины вернуть свое доброе имя и нет никаких причин, чтобы сбежать.

С минуту она молчала. Затем уголок ее рта чуть заметно приподнялся:

– Здесь ваша женщина.

Колин ничего не сказал, но ответ и так был ясен. Она грациозным движением руки отмахнулась от него:

– Далеко вы не уйдете. Удачи вам.

Колин быстрым движением опустил руку в карман и бросил на стол несколько монет.

– Я буду молиться за тебя, – сказал он Куинну и сжал плечо друга.

Куинн ответил яростным ругательством.

Глава 7

Это был небольшой, но красивый дом в респектабельной части города. Граф Уэр владел им уже три года, и за это время дом редко пустовал.

В эту ночь окна нижнего этажа оставались темными, но выше в окне виделся мерцающий свет свечи.