«Угу, и на то есть веская причина», – подумал Гэри. Дождь и еще раз дождь. А там, где вода, там и непролазная грязь. С таким же успехом она могла предложить болото где-нибудь в джунглях.

– Что думаешь? – повернувшись, Наоми клюнула его игривым поцелуем в уголок рта.

Он думал, что при всех своих размерах и удаленности этот дом абсолютно лишен тех жизненно важных преимуществ, которыми отличалось его нынешнее обиталище. Там нет этой замечательной мужской берлоги под садом, для начала.

– Интересно, – соврал он.

– Так и знала, что ты тепло встретишь эту идею. Я тут набросала списочек первоочередных вещей для нашего нового дома… Посиди здесь, я принесу блокнот.

Практически вылетев из комнаты, Наоми метнулась вверх по лестнице.

Пока ее не было, Гэри украдкой заглянул в ее рабочий телефон. Прокрутив эсэмэски, увидел то, что заставило его стиснуть зубы.

Вечер, когда он будет играть с группой Фила, наступит еще не скоро, время есть.

50

Айрис прошла коротким переулком позади здания. Вытащив отмычку, открыла замок и вошла в заднюю дверь.

Запах собачьего дерьма заглушал прочие неприятные запахи, когда она поднималась по лестнице и вскрывала квартиру Джелфа. Орхидея с повизгиванием попятилась из прихожей, ее костлявое тело страдальчески дрожало.

– Все нормально, – ласково произнесла Айрис, – я тебя не обижу. – Сунув руку в карман, вытащила пакетик. – Смотри, что у меня для тебя есть.

Голод пересилил страх – собака боком подкралась к ней и робко взяла угощение. Айрис тем временем привязала ей веревку к ошейнику.

– Хорошая девочка.

Она скормила Орхидее еще несколько кусочков и погладила ее чахлые бока, пробежавшись пальцами по многочисленным вмятинам, шишкам и плохо зажившим шрамам, на которых отказывалась расти шерсть и которые крест-накрест, словно растяжки, покрывали тело собаки. Тут в голову Айрис пришла одна мысль. Она порылась в долговременной памяти, но никак не могла ее окончательно ухватить.

– Больше никто не будет тебя бить, Орхидея.

Собака обнюхала ее руку, глядя на нее своими большими глазами. «Она меня понимает», – подумала Айрис. Собаки гораздо умнее людей. Она еще раз потрепала борзую по загривку, нашла старую жестянку от сухих завтраков, наполнила ее водой и посмотрела, как та жадно лакает.

Когда Орхидея утолила жажду, Айрис сказала:

– Пошли повидаемся с тетей Линдой.

– Господи, какая худющая! – Она бросила взгляд на Айрис. – У меня есть отличный кусок вареной курицы, так что мы с ней поладим. Такому тощему пузу все впрок.

Линда по полной программе переключилась на материнский режим. Достигнув полного взаимопонимания с несчастной борзой, она выпрямилась.

– Так это правда, что все говорят про Пардоу?

– А что говорят?

– Что Дейви Джелф на него настучал.

Айрис пожала плечами.

– Хотя мне он совершенно по барабану, – добавила Линда. – И Норман Пардоу тоже, если что. Жуткий тип.

Айрис не стала это комментировать. Жуткий не жуткий, но регулярный доход ей обеспечивал, а теперь, спасибо Джексону, она осталась на бобах. После всей этой истории вряд ли кто-нибудь другой пожелает воспользоваться ее услугами. А это означало существенную проблему с притоком денег. Но больше всего Айрис беспокоило, что она по-прежнему остается мишенью. С тех пор как попытка Джелфа прикончить ее обломалась, Пардоу сохранял тревожное молчание. Не подрядил ли он кого-нибудь еще, чтобы заткнуть ее навсегда?

Сдав собаку в надежные руки, Айрис вышла в угасающий день.