– Ну конечно же, хочу, – соврал он. – Но не прямо сейчас. Давай посмотрим правде в глаза, – продолжал Гэри, стараясь не повышать голос. – Дети и жизнь музыканта несовместимы. Это несколько несвоевременная затея.

– Несвоевременная?! – Лицо Наоми исказилось от гнева. – Мои биологические часы не будут тикать вечно!

В этот момент он страстно желал, чтобы эти часы с треском разбились об пол да так и остались лежать разбитыми.

«Скажи ей то, что она хочет услышать». Гэри выдавил сочувственную улыбку.

– Я понимаю, малыш. Понимаю. Дай мне немного над всем этим подумать, хорошо?

Она потянулась к нему через стол, чмокнула в губы. Довольно невнятного обещания оказалось достаточно, чтобы унять ее – пока.

– Мне надо было упомянуть об этом раньше, прежде чем так вот вываливать на тебя одним махом, – произнесла Наоми, смягчаясь.

«Чертовски верно подмечено», – подумал Гэри, мозг которого лихорадочно царапался в голове в поисках мысленных точек опоры.

– Все нормально. Я все как следует обдумаю. Столько всего, что голова кругом идет, – сказал он, одаряя ее самой теплой, самой ободряющей из всех своих улыбок.

44

– Раз тебя видеть, Айрис, – сказал он. – Не хочешь махнуть?

Дурацкий вопрос – вроде бы в курсе, что она не пьет.

Айрис вежливо ответила:

– Нет, спасибо, мистер Пардоу.

– Экипировалась?

Она кивнула, не сводя глаз с Пардоу и стараясь не обращать внимания на двух других жутковатых типов.

– Поступили сведения, что наши друзья из Албании прямо сейчас у себя.

Айрис понятия не имела, каким образом Пардоу это узнал или по каким каналам.

– И это означает, что разобраться с ними можно уже сегодня, – продолжал тот. – Не сможешь достать сразу двоих – мочкани хотя бы одного.

Его маленькие зеленые глазки весело плясали от предвкушения. «Люди, которые никогда сами не спускали курок, всегда больше всех тащатся от убийства», – прозаично подумала она.

– Это может быть опасно.

– Ты занимаешься опасным бизнесом, детка.

– Я имею в виду для вас, мистер Пардоу.

Верно, но для нее это тоже было рискованно. Пардоу вполне мог иметь какую-то информацию на Малая и его человека, но Малай – далеко не дурак. У него тоже была информация на Пардоу, вот потому-то и было жизненно важно избавиться от обоих албанских боссов одновременно. Ее отнюдь не вдохновляла перспектива оказаться в том же виде, что и подвергнутый чудовищным пыткам Брюс Батлер.

Пардоу быстро перевел взгляд на Стейнса, который тихо стоял у двери, на стреме.

– Не твоя забота, Айрис, – отрезал он. – Всё, давай отправляйся. Когда дело будет сделано, встретимся еще раз, у гаражей.

Вариант был несколько более безопасный, чем опять возвращаться в букмекерскую контору. Она была уже почти в дверях, когда он крикнул ей вслед:

– И чтобы никаких концов на меня, Айрис!

«Можно подумать, что я вообще какие-то концы оставляю», – подумала она.

До склада албанцев Айрис доехала ровно за тринадцать минут. О том, чтобы войти прямо на территорию, не было и речи – с равным успехом можно было нарисовать у себя на спине мишень.

Оставив мотоцикл в полумиле от места, в районе церковного кладбища, через восемь минут она вновь была возле заброшенного завода. Найдя местечко потемнее, устроилась там и стала наблюдать. Вроде все тихо, словно тут и не ведется абсолютно никакой деятельности.