— Нет… нет, я должна сама его увидеть. Дело очень срочное. Я зайду позднее. Передайте ему, пожалуйста, что мисс Патерсон хотела бы поговорить с ним по очень важному делу.

Мюриел вернулась в одиннадцать. Секретарша Эндрю сообщила ей, что он будет занят весь день и просил изложить свое дело секретарю.

— Я не буду ничего передавать, — сказала Мюриел, вдруг уверившись, что о круизе еще не было сказано ни слова. Если бы это было не так, Эндрю наверняка принял бы ее, несмотря на занятость. — Не могли бы вы сказать ему, что я по личному вопросу?

Мисс Кук с любопытством взглянула на нее и открыла дверь в кабинет Эндрю. Но прежде, чем она закрыла ее за собой, Мюриел увидела, что он был один. Он просто не хотел ее видеть… он все еще думает, что она бегает за ним!

— Мистер Берк сожалеет, но он слишком занят и не может принять вас, — сказала мисс Кук, вернувшись.

— Но я должна его видеть… это чрезвычайно важно…

— Мистер Берк передал, — на случай, если вы будете настаивать, — что вам незачем его видеть.

— Но…

— Извините, мисс Патерсон, но я должна попросить вас уйти. Таковы мои инструкции.

Мюриел ошеломленно смотрела на нее.

— Он велел вам выгнать меня!

— Я бы так не сказала, мисс Патерсон. У мистера Берка нет времени, чтобы принять вас, вот и все.

Ее бесцветный взгляд оценивающе обежал стройную фигуру Мюриел, и Мюриел покраснела. Было ясно, что мисс Кук интересуется, какие отношения могут быть между ее боссом и этой девушкой с завода.

Мюриел посмотрела на закрытую дверь. Что-то в ее взгляде насторожило мисс Кук, та быстрым шагом подошла к двери и решительно положила руку на ручку двери.

— Извините, но у меня больше нет времени, — сказала она. — Если дело касается вашей работы, вам следует передать жалобу мастеру. До свидания, мисс Патерсон.

С минуту Мюриел стояла неподвижно, потом, беспомощно пожав плечами, повернулась и медленно вышла из приемной. За дверью самообладание покинуло ее, и она разрыдалась. Причина, по которой она хотела поговорить с Эндрю, уже не казалась ей важной. Важно было другое: он велел этой грымзе выставить ее за дверь.

Утро казалось ей бесконечным. Мюриел с нетерпением ждала время ленча, чувствуя, что перерыв может принести хоть какое-то облегчение. Не тут-то было. Она не чувствовала голода и через десять минут вышла из столовой и вернулась в цех. Было ясно, что Эндрю думает, будто она бегает за ним. Но ведь много недель она не пыталась увидеть его, поэтому его поведение сегодня утром было совсем непонятным. Он мог принять ее хотя бы для того, чтобы проверить, верны ли его подозрения на ее счет.

Она попыталась выбросить из головы оскорбительную сцену, что произошла в приемной, но на ее место пришли еще более невыносимые мысли. Она терзала себя чтением объявлений о помолвках, и теперь представляла себе свадьбу и даже медовый месяц Эндрю и Кристин.

— Это должно когда-то пройти, — шептала она. — Это не может тянуться вечно. Говорят, что время все лечит.

Когда они поженятся, ее мучения начнут ослабевать; медленно, очень медленно, она привыкнет к мысли, что Эндрю и ее кузина — муж и жена. Она даже сможет бывать у них, если они ее пригласят, уже не чувствуя никакой боли…

— О, нет, я не смогу. Даже если проживу сто лет!

Она порывисто встала. Если не перестать об этом думать, можно с ума сойти. Надо выбросить все это из головы, сосредоточиться на чем-нибудь другом… Но на чем?

Как бы услышав ее мысли, к ней подошел Питер.

— Мюриел, что ты здесь делаешь? Ты еще не ходила в столовую?

— Я уже поела.