– Почему вы отвергли своих друзей, которые заботились о вас? Почему отвернулись от меня? Мы были с вами возлюбленными.

Ее бледное, осунувшееся лицо вспыхнуло румянцем.

– Вряд ли. Две ночи я была только вашей партнершей по сексу. Вы всех таких женщин называете своими возлюбленными?

– Нет! – Он безуспешно пытался поймать ее взгляд. – Нет, Софи, только вас. Почему вы от нас отвернулись?

– Потому что вы вмешивались в мою жизнь, – нахмурясь, сказала она. – Потому что вы сделали меня несчастной.

Несчастной! Имела ли она в виду всех четверых? Или только его в качестве своего любовника? Но сейчас не это было важно.

– Неужели забота о друге и стремление помочь ему и защитить может считаться вмешательством и быть так жестоко наказанной? Ваши друзья тоже несчастны, Софи, как и я сам.

На мгновение их глаза встретились, но она тут же перевела взгляд на огонь в камине.

– Простите, но не думаю, что моя скромная особа для кого бы то ни было из вас еще имеет значение. Я желала бы, чтобы вы ушли.

– Это он приказал вам порвать с нами отношения? – спросил Натаниель.

Она круто обернулась, и в ее глазах мелькнул ужас.

– Что?!

– Или вы просто боитесь, что наше общество злит его и он может заставить страдать вас еще больше? – Натаниель пристально наблюдал за выражением ее лица. Она постепенно овладевала собой. Лоб ее разгладился, глаза стали бесстрастными.

– Кто этот загадочный «он»? – спросила она. – Уж не мистер ли Пинтер? Вы все еще намерены изображать его в роли какого-то подлеца, Натаниель? Может, мне уговорить его одеться в черное домино, надеть маску и в таком зловещем виде бродить вокруг моего дома? Вероятно, тогда вы будете полностью удовлетворены. Ах нет, пусть он лучше меня похитит и упрячет в какую-нибудь темную пещеру, чтобы вы, Четверо Всадников Апокалипсиса, могли прискакать мне на помощь и убить его.

Она презрительно усмехнулась, тогда как он только молча смотрел на нее.

– Какую же власть он имеет над вами, Софи? – спросил он наконец.

Она сделала нетерпеливый жест.

– Он вас шантажирует? – предположил он.

– Нет! – Она опять сверкнула на него глазами. – Уходите отсюда, Натаниель. Немедленно!

– Но что вы сделали, Софи? Что могли вы совершить настолько ужасное, что позволили ему взять над собой эту власть?

Закрыв глаза, она глубоко вздохнула.

– Глупец! О глупец! – тихо сказала она. – Подите прочь, оставьте меня.

– Доверьтесь же мне, Софи. Позвольте мне помочь вам. Мне безразлично, была ли это какая-нибудь любовная связь или мелкая кража, поверьте, мне все равно. Позвольте мне разделить с вами эту тяжкую ношу и помочь вам.

Когда она открыла глаза, в них блестели слезы.

– Нет сомнений, вы человек огромной доброты, но у вас слишком живое воображение.

– Тогда почему же вы разорвали нашу дружбу и положили конец нашей с вами договоренности?

– Потому что это было ошибкой, – сказала она, сморгнув слезы. – Посмотрите на себя, Натаниель, посмотрите на себя в зеркало. А потом взгляните на меня, – она слегка улыбнулась, – и на леди Галлис.

– Вы думаете, что я был с ней близок? Она отвернула голову.

– Мне это безразлично, это меня не касается, Натаниель. И вы сами тоже мне безразличны.

– И всегда был безразличен?.. – полувопросительно произнес он.

У нее вырвался тихий короткий возглас, потом она равнодушно пожала плечами.

– Я ошиблась. Очевидно, я не создана для случайных интрижек и для связи без обязательств. Простите меня, это ведь от меня исходило предложение.