Довольно ухмыльнувшись, Техасец направился было к двери, как девушка на кровати беспокойно зашевелилась и медленно, как бы нехотя открыла свои миндалевидные глаза. Снизу, из салуна, слабо доносились мужские голоса. Заметив мужчину у дверей своей спальни, она сонно приподнялась на локте. При этом огненно-рыжие волосы рассыпались у нее по плечам, а просторный пеньюар соскользнул вниз, обнажая груди невероятных размеров.

– Техасец, куда ты? – окликнула она его, капризно надув губы.

Он обернулся, слегка кривя губы в сардонической улыбке.

– Ну, ну, проснулась наконец. Я думал, ты проспишь весь день, Джинджер, – сказал он насмешливо. – Это наши ночные забавы так тебя утомили? Скверно. Такие девушки, как ты, должны быть более выносливы.

Его слова, похоже, не оказали никакого действия на девушку, по-кошачьи изогнувшуюся на кровати. Ее рыжевато-карие глаза призывно ему улыбались.

– Почему ты не разбудил, если хотел меня сегодня утром? – спросила она мягко. – Ты же знаешь, Техасец, душка, что я каждую минуту готова быть с тобой.

– Я знаю, – согласился он с какой-то скукой в голосе и снова повернулся, чтобы уходить.

– Постой!

Джинджер вскочила с кровати и, подбежав к Техасцу, обольстительно прижалась к нему всем телом, крепко обвив руками его шею.

– Не уходи, милый, – прошептала она, едва касаясь своими полными розовыми губами его резко очерченной скулы. – Мы замечательно проведем время, дорогуша, я тебе обещаю.

Не говоря ни слова, ковбой наклонил голову и поцеловал ее, с небрежной грубостью впиваясь ей в губы. Она застонала в экстазе, ее руки ощупью поползли вниз, но Техасец оттолкнул ее со смехом. Она опрокинулась на постель, пеньюар упал окончательно, открывая все ее обнаженное великолепие.

– Сегодня утром у меня нет времени на игры, Джинджер, – сказал он, направляясь к двери. – Но может быть, если ты будешь умницей, я снова загляну сюда ночью.

Джинджер нетерпеливым движением откинула назад медную гриву своих волос. Девушка была рассержена тем, что он покидает ее так внезапно. Они занимались любовью допоздна, пока она не забылась сном, надеясь, что развлечение продолжится на рассвете. А теперь этот бессердечный ублюдок уходит, вместо того чтобы утолить ее желание. Джинджер нахмурилась. Что за важные дела могли у него быть? Неужели он думает, что она забыла, на сколько часов он опоздал прошлой ночью? И все из-за этой маленькой глупой сучки, которая вляпалась в неприятности, кстати, вполне заслуженные.

– Знаешь, дорогуша, не трудись показываться здесь, если опять собираешься опаздывать! – сказала она обиженным тоном. – В следующий раз можешь прямиком отправляться к своей маленькой мисс Брайони Хилл! Пусть она составит тебе компанию!

Он рассмеялся:

– При чем здесь мисс Хилл?

Джинджер села на кровати, взъерошив волосы, и потянулась за расческой, лежавшей на столике перед зеркалом.

– Ну, Техасец, дорогуша, – начала она, долгими, чувственными движениями расчесывая свои длинные кудри, – ты же сам рассказывал мне прошлой ночью, что пришел так поздно, потому что вызволял из беды маленькую восточную сучку.