Они возвращались назад той же дорогой… Внезапно Шана заметила графа, наблюдающего за группой рыцарей, упражнявшихся на арене для турниров. Она тут же отвернула голову и увидела высокую фигуру сэра Грифина с седовласой головой. Он нес мешок с зерном на плече. Она стремительно побежала к нему через весь двор и бросилась на грудь верного слуги своего.

– О, Боже милостивый! – Шана плакала и смеялась одновременно. – Я боялась, что тебя посадили в тюрьму навсегда! Он наказал тебя только для того, чтобы причинить мне зло!

Грифий опустил мешок на землю, затем положил руку на ее блестящие золотые волосы.

– Благодарю Бога, миледи, за то, что вы живы. – Он даже не пытался скрыть слезы, туманившие его голубые глаза. Почти со страхом он вглядывался в ее лицо. – Хорошо ли он с вами обращался? Он не причинил вам вреда?

Шана не стала распространяться по поводу Торна, но радость померкла в ее глазах.

– Со мной все в порядке, – быстро проговорила она. – Мне очень больно оттого, что он заставил меня поверить, будто убил вас обоих – тебя и священника.

Она внимательно смотрела на рыцаря, пытаясь найти следы плохого обращения на его лице. Но, к счастью, ничего не обнаружила, хотя и расстроилась, увидев цепи у него на ногах. Шана обратила внимание на часового с цепким взглядом, не спускавшим с них глаз. Седрик же, наоборот, отступил в сторону. Шана бросила на часового испепеляющий взгляд и снова переключила внимание на Грифина.

– Это правда, что они не обращаются с тобой плохо? Может быть, били или лишали пищи?

– Нет, миледи. Граф приказал мне работать на кухне или в конюшне, везде, где нужна моя помощь. Теперь я сплю в конюшне до тех пор, пока не зарекомендую себя с лучшей стороны.

– Пока? Ты хочешь сказать, что он может снова бросить тебя в тюрьму?

Грифин вздохнул.

– Леди Шана, – мягко сказал он, – если бы ситуация изменилась, не думаю, что и вы поступили бы иначе. Я благодарен ему за то, что он дал мне возможность увидеться с вами, что у вас все в порядке.

Шана однако, не была настроена так благодушно. Грифин увидел, как ее губы вытянулись с тонкую линию. Спустя минуту ее взгляд остановился на мальчике, подбрасывающем гальку в дворовой пыли. Грифин заметил, как она сосредоточенно нахмурила лоб.

– Кто этот мальчик, миледи?

– Его зовут Вилл. Мы встретились здесь, в Лэнгли, в первый день моего приезда. Он большой почитатель графа, – сказала она с оттенком сарказма в голосе, – и именно Вилл указал мне на графа. Я понравилась Виллу в тот первый день. Но затем…

– Затем мы схватили графа и притащили его в Мервин. Нетрудно догадаться, что произошло.

Шана кивнула, и чувство вины отразилось на ее хорошеньком лице.

– Теперь, похоже, я его самый злейший враг.

– Не более чем час назад этот ребенок попрошайничал у повара.

Она тяжело вздохнула.

– Нет, нет.

– Да, миледи. Но вряд ли стоит скучать по мальчику, одетому в лохмотья.

Шана не желала больше ничего слушать. Она размышляла только секунду, затем решительно попрощалась с рыцарем.

– Я увижу тебя завтра, Грифин, а может быть, сегодня вечером. Держись.

– И вы тоже, миледи.

– Вилл! – Шана повернулась и направилась к мальчику быстрыми решительными шагами. Вилл взглянул на нее, и глаза его расширились от удивления, когда он понял ее намерения. Он быстро взглянул влево, и Шана не сомневалась, что первым его желанием было убежать. Мальчик на секунду заколебался, и она успела подойти к нему.

– Доброе утро, Вилл. – Если бы он знал получше эту прелестную девушку, то понял бы, что за ее нежным голосом и милым лицом скрывается железная воля.