Наградой ей было то недоумение, которое она прочла на лице Торна, но этот момент не являлся самым подходящим, чтобы смаковать произошедшее. Ньюбери грязно выругался.

– Нет, миледи, вы не отделаетесь так легко! – Прохрипел он. – Вы должны выбрать из двоих, а не из троих!

Шана не отходила от сэра Квентина. На секунду ее взгляд встретился с взглядом Торна, а затем она резко отвернула голову в сторону.

Внимание молодого рыцаря так же было направлено на графа. На какое-то мгновение у сэра Квентина в глазах мелькнул огонек, затем он откашлялся.

– Миледи, – пробормотал он, поворачиваясь к Шане. – Вы делаете мне честь, но я совсем не желаю ссориться с этими мужчинами. – Он посмотрел на Ньюбери. – Милорд, я хочу напомнить вам, что король сам объявил, что леди Шана выходит замуж за Торна де Уайлда. Если вы будете настаивать, то рискуете вызвать неудовольствие не только графа, но и самого короля. Я не думаю, что это разумно. Что, если мы оставим это дело и вернемся в зал? – Он церемонно поклонился Торну и повел невнятно бранящегося Ньюбери по винтовой лестнице.

Принцесса и граф остались наедине.

Шана посмотрела на Торна с вызовом, так как на его губах играла насмешливая улыбка.

– Мне стоило выбрать Ньюбери, – пробормотала она. – Но я не думаю, что он смог бы быть таким же галантным, как сэр Квентин.

– Я бы никогда не позволил вам уйти отсюда ни с одним из них, – просто сказал он. – Я эгоистичный человек, миледи, годы научили меня хорошо беречь то, что принадлежит мне.

– Я вам не принадлежу, – проговорила девушка сквозь зубы. – И никогда не буду принадлежать.

Торн предпочел не обращать на ее слова внимания.

– Ваше счастье, что я увидел вас, когда вы проходили по галерее, принцесса. Или, может, было бы лучше, чтобы Ньюбери проводил вас, если бы я опоздал? – Он посмотрел с укрепления на землю, которая была так далеко внизу, затем повернулся к принцессе. Его лицо улыбалось. – Перспектива замужества так невыносима, что вы предпочли бы броситься со стены, чтобы избежать его?

– Вы льстите себе, – холодно сказала Шана. – Моя жизнь стоит больше, чем такие, как вы. Вам действительно подходит слово невыносимый. Барис – единственный мужчина, за которого я выйду замуж!

– Вы никогда не выйдете за него замуж, – Торн отрицательно покачал головой и намеренно-мягко продолжил: – Король хочет, чтобы церемония бракосочетания состоялась через неделю, и он будет на ней присутствовать.

Шана натянуто улыбнулась.

– Как быстро вы забыли, милорд, что я уже обручена, и, безусловно, Барис уже получил сообщение о выкупе. Не сомневаюсь, что он приедет ко мне, возможно, даже завтра.

– Он не приедет, миледи.

– Ну, если не завтра, так послезавтра.

– Еще раз говорю, Шана. Он не приедет.

– Почему вы так уверены в этом? – требовательно спросила она, не обращая внимания на то, что в ногах появилась слабость. – Согласно требованиям выкупа…

– Боюсь, что я за ним не посылал, – граф небрежно передернул плечами, жестко улыбнувшись. В этой улыбке было нечто большее, чем угроза. Причину этого поступка Торн не мог объяснить или проанализировать. Он только знал, что мысли Шаны о ее любимом Барисе терзали его, как ничто другое.

От этих слов девушка стала белой, как полотно, ее пронзила острая боль, словно игла, попавшая прямо в сердце.