Когда я решил чуть передохнуть после пьяного дровосека, дверь резко распахнулась и на пороге возник вчерашний строитель, Николай Шапошников, с глазами на стебельках, как у креветки. Заметив меня, сидящего на табуретке в дальнем углу, ринулся навстречу, упал на колени и доехал так до меня, словно празднующий гол футболист, припав в итоге лбом к моим туфлям. Я даже ничего не успел сказать по этому поводу, пока он не осуществил задуманное.

— Александр Петрович, сам Бог поставил вас на моей жизненном пути! Храни вас Бог, родителей ваших и детей ваших! — он наконец-то отлип от моих ног и посмотрел на меня глазами полными слёз. — Это ж моя дочка сегодня об вазу покалечилась, а вы из неё снова красотку сделали! Я вам по гроб жизни теперь обязан! Не сойду с этого места, пока не скажете, сколько я вам должен за такое чудо или чем я могу вам помочь, так и знайте! Да отсохнут мои колени!

— Николай, я тебя умоляю, — я настолько смутился от этого раболепия, что не знал, как из этой странной ситуации выходить. — Встань пожалуйста, ничего такого сверхъестественного я не сделал. Немного хирургии, немного магии, вот и получилось то, что получилось. Да, вышло довольно неплохо, но не надо считать себя обязанным.

— Нет, Александр Петрович! Буду тут стоять на коленях, пока вы не скажете, чем я могу вам помочь. Вы же помните? Я профессиональный потомственный строитель. Мои отец, дед и прадед строили Питер, вот и я тоже продолжаю семейные традиции. Сделаю всё, что вам нужно в лучшем виде.

Я тяжко вздохнул. Была вчера мысль, попросить его сделать здесь хоть какой-то ремонт, но, в свете утренних событий, это желание резко поубавилось. Или хрен с ними? Не будем помнить зла и отомстим добром? Зато убью двух зайцев, Николай встанет с колен и будет при деле, а этому очкарику Демьянову может стыдно станет, и он перестанет вставлять нам палки в колёса.

— Мне всё равно неудобно тебя просить, Коль, — начал я, нисколько не кривя душой. — Сделай пожалуйста ремонт в этом кабинете. Ну это же капец какой-то, куски краски и штукатурки чуть ли не на больных падают.

— Это сделать? — переспросил он, чисто для вопроса и критично осмотрел интерьер. — Да без проблем. Могу приступить через пятнадцать минут, мне надо притащить инструменты и стройматериалы.

— Не, прямо сейчас не стоит начинать, нам еще поработать надо. А вот часам к четырём будет самое то.

— Понял, шеф, — уже не тоном молящегося, а тоном получившего техническое задание специалиста ответил Николай. Потыкал пальцем в разные участки стен, вызвав местами обрушение штукатурки. Мусор на полу, образовавшийся в результате агрессивного обследования его не волновал. Потер подбородок, сам себе кивнул и ушёл.

— Заранее спасибо, — сказал я в закрытую дверь.

В это время в дверь постучали.

— Подождите! — гаркнули мы синхронно с дядей Витей.

— Доставка! — крикнул писклявый голос из-за двери. Я вопросительно посмотрел на Виктора Сергеевича.

— Ну а что? Мы ж всё равно собирались, — хихикнул он. — А ты как обычно увлёкся, вот я и взял на себя инициативу.

Я открыл дверь, курьер вручил мне пакет и представил счёт на оплату. Я дал ему денег с запасом и сказал, что сдачи не надо.