— Так вот, во-вторых, Александр Фёдорович обладает очень интересной техникой заживления ран и переломов, которая значительно облегчает работу лекаря, не обладающего достаточно сильным даром. У нас таких большинство, ведь сами знаете, все с сильным даром укатили в столицу. Господин Иноземцев горит желанием поделиться своей методикой с нашими лекарями. Может организовать каким-то образом обучение? Без нанесения ущерба лечебному процессу, естественно.

— Хм, интересно, — Вячеслав Петрович, задумчиво потёр подбородок, внимательно глядя на меня. Я спокойно выдержал его взгляд. — Давайте так сделаем. Вы сегодня пока поработаете вместе, а когда появится подходящий пациент для применения данной методики, немедленно позовите меня, чем бы я ни занимался. Я всё брошу и прибегу посмотреть. Если сможете меня удивить, тогда организуем семинары для наших лекарей. Придётся проводить в три потока, чтобы не отрывать всех одновременно от работы и не парализовать работу клиники.

— Ну, три так три, мне не жалко, — пожал я плечами.

— Да вы не переживайте, Александр Фёдорович, — улыбнулся Гладышев. — Эти семинары мы достойно оплатим. Если ваши техники и правда настолько действенны, как говорит Павел Алексеевич, то вы окажете нам неоценимую услугу. Так что и гонорар за семинары будет достойный. Но я всё же обязан увидеть сначала всё своими глазами. Безусловно я верю господину Олейникову, но сами понимаете, я здесь за всё отвечаю и обязан убедиться лично.

— Прекрасно вас понимаю, Вячеслав Петрович, правильно делаете, — улыбнулся я. — Вы отличный руководитель, я ещё должен сказать вам спасибо, что вы разрешили мне пройти испытания несмотря на отсутствие послужного списка.

— Вячеслав Петрович, — вклинился Олейников. — Я не верю своим ушам, как это у Иноземцева нет послужного списка? Он отлично обладает хирургическими техниками, даже здесь ему есть чему меня научить, а мы всегда считали, что столичные не умеют банальные швы накладывать.

— Вы от нас что-то скрываете? — прищурился Вячеслав Петрович, пристально глядя мне в глаза. Зашибись, приехали! Показал Саша, на что способен!

— Вячеслав Петрович, — начал я спокойным ровным тоном. — У вас нет никакого повода мне не доверять. Да, я не стал упоминать о своей предыдущей рабочей деятельности, так как мне пришлось с ней расстаться из-за разросшегося до небес межличностного конфликта с недоброжелателем и завистником. Мне не хочется, если честно, об этом вспоминать, я буквально начал жизнь заново. Вместо раскапывания прошлого, давайте лучше я докажу свою работоспособность и добропорядочность на деле. Уверяю вас, я не дам повода во мне усомниться и разочароваться.

— Давайте попробуем, — кивнул Гладышев, но выражение лица оставалось недовольным. — Но учтите, каждое ваше действие будет под моим личным контролем. Я лично отвечаю за работу клиники, каждого её сотрудника и за удовлетворённость пациентов результатами лечения. И я должен быть абсолютно уверен, что репутации учреждения ничто не угрожает.

— Уверяю, что не подведу вас, Вячеслав Петрович, — я слегка склонил голову в учтивом поклоне в благодарность за то, что он пошёл навстречу. — Согласен на любые ваши условия. У вас хорошая клиника и отличный персонал, очень хотелось бы продолжить у вас работать.

— Значит договорились, — кивнул Гладышев, но в его взгляде я заметил некоторую обеспокоенность. — Идите работайте и не забудьте позвать меня для демонстрации.

— Да, спасибо, — снова поклонился я и встал из-за стола.

Мы с Олейниковым направились в его кабинет. Под дверью Гладышева уже собрались сотрудники в ожидании утреннего совещания. Когда мы остались в коридоре одни, Павел Алексеевич остановил меня и пристально уставился глаза в глаза.