Отец не пытался меня остановить, значит разговор можно считать оконченным.

Для длительной прогулки я решил одеться потеплее, чем обычно. Наконец-то достал из коробки утеплённую шляпу с меховой подкладкой и отороченными мехом полями. Я потихоньку уже начал привыкать к местной моде. Носил как-то шляпу в студенческие годы, но она меня сильно выделяла из толпы. Считал себя тогда крутым бас гитаристом и думал, что мне можно повыделяться. А теперь, если я надену вязаную шапку, в меня все будут пальцем тыкать.

Зимнее пальто с меховым воротником и длинный шарф завершили процесс подготовки к прогулке. Когда я наматывал шарф на шею, в прихожую влетела сестрёнка со счастливым лицом. Можно подумать, мы не гулять идём, а в торговый центр выбирать ей подарок на день рождения. Она оделась ещё быстрее, чем я, схватила меня за руку и потащила на улицу.

Сначала мы неспешно пошли в сторону набережной, придерживаясь освещённых фонарями дорожек и ловили открытой ладонью крупные снежные хлопья. Катя рассказывала мне про успехи в учёбе, отношения с подружками, назойливого ухажёра, который буквально не давал ей проходу, но Кате он не нравился, поэтому она отчаянно сопротивлялась и старалась его избегать. Потом я рассказывал ей интересные случаи на приёме, которые можно было вспоминать до утра.

Снег, пока небольшим слоем припорошивший газоны и клумбы, оказался довольно липким, и мы с Катей решили соорудить снеговика. Для набора первого большого кома пришлось изрядно попетлять между деревьями, но через несколько минут он был готов. Катя подкатила ком поменьше, потом мы слепили голову. Вместо глаз хорошо подошли два каштана, изогнутый сучок отобразил задорную улыбку, а носом послужила еловая шишка.

— Красавец! — заявил я, отходя назад.

— Прям как ты, — хихикнула сестрёнка.

— Нет, он красивее, — покачал я головой и в этот момент получил увесистым снежком в ухо, с меня даже шляпа слетела. — Ах вот ты как? Ну погоди, заяц!

Я подхватил одной рукой шляпу, другой зачерпнул снега и началась баталия. Как дети бегали почти в полной темноте между деревьев далеко от освещённой дорожки, кидались снежками. В один прекрасный момент я споткнулся и рухнул на колени возле разлапистой ели, подстриженной в виде ровного конуса. Откуда-то из густого сплетения ветвей послышался непонятный писклявый звук. Я замер и прислушался. Звук повторился, теперь это было отчётливое жалобное «мяу». Судя по тонкому голосочку — котёнок.

— Сань, ты чё там застыл, молишься что ли? — спросила Катя и метнула мне очередной снежок в затылок, снова сбив шляпу.

— Подойди лучше сюда, — осторожно шикнул я в её сторону, поднимая шляпу и призывно взмахнув рукой.

— Клад что ли нашёл? — спросила она, подходя ближе.

— Почти, там котёнок.

— Где котёнок? — тут же заинтересовалась сестрёнка и не задумываясь бухнулась на колени рядом со мной.

— Вот молодец, — одобрил я её действие, тихо хихикая. — Помолимся вместе.

— Ты пошутил что ли? — возмутилась она.

— Да погоди ты, — тихо сказал я и прижал палец к губам.

Ждать пришлось недолго, вскоре робкое писклявое «мяу» повторилось.

— Ой, правда киса! — обрадовалась Катя. — Ну, где ты там? Иди сюда!

Она начала осторожно раздвигать еловые ветки, вглядываясь в темноту за ними.

— А, вот ты где, — тихо произнесла она и запустила руку внутрь густой кроны. Потом очень медленно и аккуратно вытащила её обратно. В руке был бело-рыжий котёнок месяцев трёх от роду или чуть больше. — Ой ты какой маленький!

Катя распахнула пальто и сунула котёнка за пазуху. Я хотел было возразить, упомянув про гигиену и кучу болезней, которыми болеют дворовые животные, но вовремя сдержался.