— Хорошо, — ответил я, подождал, когда он зайдёт внутрь, потом потопал следом.

Входя в двери парадной, оглянулся назад. Никто так и не решался подойти ближе, непрерывная вереница полицейских и понабежавших отовсюду зевак стояли на границе ровного, словно очерченного исполинским циркулем, круга. И правильно, целее будете.

Пока смотрел назад, упустил, куда делся Андрей, но по характерному треску разрядов понял, что он не спустился в подвал, как я почему-то предполагал, а поднялся на второй этаж. Я припустил следом. С площадки на втором этаже влево и вправо уходил коридор, Андрей оказался в правой половине. Он стоял перед дверью, всё сильнее окутывая её пучками электрических разрядов. Из его ладоней словно выросли два густых ветвистых ослепительно светящихся куста, находящихся в постоянном движении. Дверь уже начинала дымиться. Потом вместо десятков веток образовалось два толстых ствола, дверь разлетелась в щепки, судя по всему за ней кто-то стоял. Молнии устремились за дверной проём, туда же шагнул Андрей.

Идти вперёд было страшно, но должен же я находиться рядом. Я подбежал к двери и осторожно краем глаза заглянул внутрь. Спиной к окну стоял мужчина с бородкой и аккуратно подстриженными усиками. На нём были брюки, рубашка и жилет, ворот рубашки распахнут, по напряженному лицу крупными каплями стекал пот. Андрей окутывал его молниями, но они никак не могли пробиться к цели, то приближаясь на опасное расстояние, то отдаляясь от него. Сам маг тоже атаковал, только его атаки визуального эффекта не имели. Из направленной вперёд ладони словно вылетали невидимые кулаки, наносившие удары по противнику. А вот результаты ударов можно было увидеть, после каждого Андрей немного отшатывался назад и после этого как раз его молнии отдалялись от цели. Значит у Боткина есть какая-то защита, иначе он уже давно лежал бы на полу, как те бедолаги во дворе, которых даже убрать никто не решился.

Если сделать так, чтобы удары псионика не смогли достигать Андрея, то он победит. Маг был полностью сосредоточен на противнике и не замечал, как я высунулся из-за простенка почти полностью. Я сжал в руке продолжающий нагреваться амулет и пошёл вперёд, чтобы моя защитная сфера смогла захватить и Андрея. Если сказать, что мне было страшно — это ничего не сказать вообще. Страх сковал мой мозг настолько, что я уже туго соображал, что делаю. Я подошёл к Андрею сзади на такое расстояние, что мог уже к нему прикоснуться кончиками пальцев.

Удары псионика я теперь видел за счёт кратковременной деформации защитной сферы, до Андрея они не доходили. Боткин зарычал бешеным зверем и в псионика ударили две мощных молнии, пробив его тело чуть ли не насквозь. На груди образовались два дымящихся отверстия, маг крякнул и рухнул на пол замертво. Направленные молнии снова превратились в множество тонких веток и равномерно распределились по телу Андрея, окутывая его словно кокон. Я отпрыгнул назад, но не успел, в грудь и живот ударили несколько тонких молний, меня швырнуло назад на несколько метров, всё поплыло перед глазами, я распластался на полу. В голове только одна мысль — как же так, на мне ведь медальон! Почему он меня не защитил?

— Саня, ну твою же мать! — словно сквозь толстое одеяло я услышал голос Андрея. — Я же сказал тебе держаться подальше!

— Я хотел тебя защитить, — еле шевеля губами пролепетал я и отключился.

Когда я открыл глаза, никак не мог понять, где нахожусь. Помещение больше похоже на палату для вип пациентов, чем на жилое помещение. Я никак не мог понять, нахожусь ли я в мире, к которому уже начал привыкать или вернулся в свой? А может меня ещё куда-нибудь закинуло? Где-то в дальнем углу горел ночник, на улице темень, в комнате полумрак, который не давал рассмотреть подробности.

— Саша, ты как? — внезапно перед глазами появилось встревоженное лицо матери.