|
.. Соблаговолите подписать рескрипт о назначении Герасимова начальником полиции... Все равно он будет под Курловым, полностью подотчетен... - По-моему, ее величество высказалась обо всем достаточно определенно, Петр Аркадиевич. Извините, что я задержался и не смог вам сказать всего этого сам. Столыпин почувствовал предобморочную усталость - оперся о стул и тихо произнес: - Ваше величество, позвольте мне поставить перед вами еще один вопрос? Царь рассеянно глянул на бронзовые настольные часы: - Если этот вопрос не требует предварительной проработки, я готов ответить. - Моя деятельность в качестве премьер-министра и управляющего министерством внутренних дел устраивает ваше величество? Я очень устал, прошедшие три года дались мне достаточно трудно, быть может, вам угодно освободить меня от отправления моих обязанностей? Обсуждая с женою предстоящий разговор с премьером (настоял на этом Распутин: "Санька (15) не друг мне, он мне станет мешать глядеть за масеньким (16), он мне поперек путя стоит, а Паша (17) без хитрости, он предан вам до гроба, такой про себя не думает, он только об вас думает и об державе"), царь задал Александре Федоровне именно такой вопрос, какой только что поставил Столыпин. - Нет, - ответила тогда государыня, - его сейчас нельзя увольнять. Тебя не все одопрят. Все эти мерзкие Гучковы и Милюковы во всем следуют за ним. Пусть Курлов войдет в курс дела, пусть они станут друк против друка, - это их дело. Будь арбитром. Мы над ними. Дай сосреть нарыву. - Думаю, вы еще не все сделали для империи, Петр Аркадиевич, - ответил царь. - Если же чувствуете, что очень устали, я не буду возражать против вашего отпуска. Он вполне заслужен. А потом - с новыми силами - за дело. Благодарю вас, я не хочу более задерживать вас. Когда Столыпин в лицах рассказал Герасимову о том, что произошло, тот лишь вздохнул: - Мы в засаде, Петр Аркадьевич. В форменной засаде. И флажки по лесу развесил Распутин. Столыпин не сразу понял, о ком идет речь. - Какой Распутин? О ком вы? - О конокраде Гришке Распутине... - При чем здесь он? - Столыпин недовольно поморщился. - Все обстоит совершенно иначе. - Ничего иначе не обстоит, - сердито возразил Герасимов. - Ему государыня при людях руку целует. Здесь, в Царском. В церкви. - Что?! - Столыпин повернулся к Герасимову, как на шарнирах. - Что?! - То самое, Петр Аркадьевич Пока вые августейшей семьей бились, я у госпожи Дедюлиной чаи распивал. Информация из первого источника. Словом, мы опоздали. Распутин совершил дворцовый переворот. В охране Герасимов сразу же открыл свои особый сейф, где хранились папки с делами самых его доверенных агентов, сунул их в портфель, потом выгреб другие бумажки, - дома будет разбираться никаких следов остаться не должно - и в тот же день встретился с двумя агентами, не внесенными ни в какие списки, сказав каждому: - На ваше усмотрение: либо продолжаете работать с новым шефом, это генерал Курлов шваль, и проходимец, или же уходите из охраны раз и навсегда, до тех пор, пока я не приглашу. |
