Снаружи послышался шум, но выглянув обратно в зал я увидел лишь несколько человек. Четверо гвардейцев в изгвазданной броне и не менее испачканную служанку. К нам они не стали приближаться, заняв позицию у ближайшего входа. Группа прикрытия, не иначе.

Это хорошо, но мало.

— Почти угадал, молодой человек, — закивал Иолай. — Только разница в том, что я могу это сделать, но не хочу. Со мной исход может быть только трагический. И дело тут вовсе не в ожогах. Поэтому я решил немного подождать, но увы, время поджимает. Насколько мне удалось понять, сейчас поле и близко не достаёт до наших границ. Если лишить врагов их главного оружия, обороняться станет гораздо легче, а иначе быть беде.

Аргумент без сомнения важный, но для меня решающим фактором стало всё-таки отсутствие матери. Без Фитилька у ребёнка шансов практически нет, потому что рядовому пирокинетику здесь точно не справиться. Слишком серьёзная сила бурлила в малыше. Обжечь меня он не мог, а вот себя — запросто.

Чёрт, вечно приходится за Энди разгребать проблемы…

Резким движением я схватил весь тканевый сверток, почувствовав кратковременное онемение конечностей, и вытащил его из приёмника. Защитная конструкция не надолго погасила даже меня, но потом язычки пламени вновь загуляли по рукам. Впрочем, отпрыска императора они нисколько не беспокоили — он и сам периодически вспыхивал, так что пришлось избавить его от обугленной подстилки и пелёнок. Ну и впитывать излишки, не без этого.

Какое-то время я присматривался к его колышущейся ауре, после чего принялся точечно её выпрямлять. Вроде бы пустяковое воздействие, а взмок почище недавнего боя с патриархом. Но минуты через три непроизвольные самовозгорания прекратились, а сам он сжал в кулачке мой палец и спокойно засопел, перестав хныкать. Моё пламя деликатно схлынуло подальше, хотя до этого меня жгло не переставая.

Страшно представить, что из него вырастет. Не удивлюсь, если перо феникса его просто щекотать будет. Сам удивился, когда понял, что смотрю на него и улыбаюсь, как дурак.

Иолай тоже даром времени не терял, уложив кристалл в короб, и закрепил его фиксаторами. Сияние теперь не выжигало глаза, особенно когда он с торжествующим возгласом закрыл крышку. Ну да, сделал врагу гадость — на душе стразу радость.

Хотя ещё ничего не кончилось. Мы даже дворец ещё не отстояли, не говоря уже о большем.

— Ему бы поесть, — решил я, пытаясь убаюкать малыша и при этом не уронить его.

Нас вроде бы учили поддерживать за голову и прочим важным вещам, но всё равно держать его оказалось чертовски тяжело. Глава безопасников снисходительно ухмыльнулся.

— Хорошая идея, только для начала неплохо бы доставить его домой. Здесь ему вряд ли будут рады. Особенно, когда всё утрясётся.

— Тогда пусть растёт у «Фениксов», — предложил я.

У Авери отвисла челюсь, а вот Иолай задумчиво нахмурил лоб.

— Смотрю, ты вступил в пору политической зрелости… Или банально не хочешь нагружать вашу бывшую пассию ещё больше?

— У Охагейлов и так хватит проблем в ближайшее время, — пояснил я своё решение. — А Дутвайны имеют гораздо больший опыт в воспитании пирокинетиков. В том числе, нестабильных. Думаю, его мать была бы не против.

— А отец?

— Он никогда не интересовался чужим мнением. Не хочу, чтобы мой сын вырос таким же эгоистом.

— Даже так! — восхищённо присвистнул интриган. — Бастард, надеюсь?

— Разумеется, — не стал я спорить. — Второму мечу запрещено иметь семью, так что это станет нашим маленьким семейным секретом, который будет известен всем. Прятать всегда лучше на самом видном месте.

— Приемлемо. Как назовёшь?

— Хм… — призадумался я, прикидывая как будет здесь звучать моё имя.