— Как прошла поездка? — поинтересовалась Келли, наливая ему кофе.

— Неплохо. Карлос будет очень рад.

— Ты сам летел домой?

Марко покачал головой.

— Я воспользовался обычным самолетом. Круассаны еще теплые? — Он потянулся к тарелке. — Я позавтракал в самолете, но это было два часа назад.

— Как там… в Лондоне? — робко спросила Келли. Это все равно что спросить, как поживает его невеста.

Марко беспечно пожал плечами, будто рассказывать было не о чем.

— Все наслаждаются редкими лучами солнца. Сняли наконец рубашки с длинными рукавами.

Келли расслабилась и улыбнулась ласковому средиземноморскому солнышку, покрывшему ее кожу золотисто-коричневым загаром и высветившему волосы почти до белокурого цвета.

— Они должны использовать каждую минуту, — сочувственно сказала она. — Это ведь совсем ненадолго.

— Да. — Марко улыбнулся, и его глаза медленно заскользили по стройным ногам Келли, которыми она упиралась в край цветочницы. — Мне нравятся эти шорты, — заметил Марко. — Они такие… короткие. — Он наклонился и провел рукой по загорелому бедру.

— Марко! — возмутилась Келли, с опаской вглядываясь на дом. — Кто-нибудь может нас увидеть!

— И что?..

Он подвинулся поближе и легко коснулся губами ее обнаженного плеча. Его рука двинулась выше, к участку обнаженного тела над шортами, подбираясь к белой блузке без рукавов, завязанной узлом под грудью.

— В Лондоне я проклинал каждую ночь, которую не провел с тобой, — прошептал Марко. В его голосе появились хриплые нотки. — Я мог думать лишь о твоем великолепном теле и о том, что я хочу с ним сделать…

— Марко, не надо…

Ее слабый протест остался незамеченным. Теплая ладонь накрыла упругую грудь, лаская ее, а потом скользнула под блузку и лифчик, добравшись, наконец, до горячей обнаженной плоти. Пальцы играли с нежно-розовым бутоном, пока он не стал твердым как орешек.

— «Марко, не надо», — передразнил он ее. — Ты же ведь не хочешь, чтобы я остановился.

К стыду Келли, это была чистая правда. Она была не в силах сопротивляться. В считанные секунды Марко мог довести ее до экстаза. И, позабыв обо всем, она сдавалась под натиском его упоительных ласк.

Она пыталась бороться за его уважение, и порой казалось, что ей это удается. Но стоило их глазам встретиться, как пламя взаимной страсти вспыхивало с новой силой. И все-таки разговаривали они не меньше, чем занимались любовью. Марко рассказывал ей о Родосе, о его древней истории. Делился своими соображениями по поводу развития туризма на фоне сохранения уникальной природы острова. Он живо интересовался работой Келли, гордился ее достижениями.

Но иногда — вот как сейчас — гордый и высокомерный Марко превращался в охотника, преследующего беззащитную жертву. И Келли, боясь самой себе признаться в этом, наслаждалась такими моментами, позволяя себе думать, что ей достаточно просто любить его. Нет завтра, нет Пенелопы, нет ничего, кроме страсти, накрывающей ее и Марко бархатным покрывалом. Звук шагов — все еще немного неуверенных — предупредил их о появлении Карлоса. Марко неохотно откинулся на спинку стула, надевая маску безразличия. Словно ничего и не было. Келли дрожащими пальцами поправила узел на блузке. Ее щеки пылали.

Но если Карлос и заметил что-нибудь, то виду не подал.

— А! Ты здесь, сынок! Анна сказала, что ты уже приехал. Как прошла поездка? Обо всем договорился?

Старик осторожно спустился по ступенькам.