– Ладно, проехали…

– Еще месяца не прошло, как она вышла замуж! И мне вовсе не улыбается, чтобы все видели меня в ее платье! Да на нем пятна шампанского еще не высохли! К тому же она вообще не имела права выходить замуж раньше нас. Мы первые обручились!

– Ладно, ладно, я просто пытался помочь.

– Извини, Поли. Мне очень не хотелось бы, чтобы ты подумал, что у меня дурной характер.

Поли округлил глаза и пропел:

– «Я люблю тебя такой, какая ты есть».

– Наша свадебная песня, – прошептала Бриан.

– Да…

– Я тоже люблю тебя таким, какой ты есть, – сказала она самым обыденным голосом.

– Мы ведь давно уже договорились, – перебил ее Поли, – что не будем воздвигать друг друга на пьедестал. И никаких завышенных требований. В горе и в радости… Что бы ни случилось, мы всегда будем вместе.

– Что ты делал сегодня? – подозрительно спросила Бриан.

Поли быстро сел и выглянул в прихожую: его мокрый темный плащ по‑прежнему валялся на полу, рядом с рюкзаком и ботинками.

– Ничего.

– Ты в этом уверен?

– Абсолютно.

– Ты забрал у ювелира запонки для шафера?

– Ой, забыл.

– А свой новый костюм в ателье?

– Нет.

– Да чем ты занимался весь день напролет?

– Знаешь, на самом деле, я жутко нервничал.

– Значит, как я понимаю, ты не вернул телевизор в «Дэнc Дискаунт Ден»?

– Я думал, мы решили его ос‑ставить… – робко промямлил Поли.

– Ничего подобного. Мне нужен маленький телевизор на кухню, чтобы я не скучала, когда буду готовить тебе вкусные обеды и ужины. Ты и так здорово похудел за последние несколько месяцев. А тот телевизор, который мы купили, слишком громоздкий.

– Может, мы прокатимся туда завтра, и ты сможешь его обменять.

– Я?!

– Мне всегда немного не по себе, когда приходится возвращать вещи. По сути, я всегда был такой. Моя мама запросто могла пойти и обменять вещь, поносив ее несколько дней, и мне это было неприятно.

– Ты никогда мне об этом не рассказывал.

– Мне было неловко. Но это правда. Это очень на меня действовало.

– Поли?

– Да?

– Но ведь мы даже не включали этот телевизор. Даже из коробки его не вытаскивали. Он по‑прежнему упакован в пленку. По‑моему, здесь не о чем говорить. Это все твои комплексы. Кстати, твоя мама не показалась мне особой, у которой хватит наглости вернуть в магазин поношенную вещь.

– Хорошо, Бриан, хорошо. Так что ты решила с платьем? – спросил он, чтобы сменить тему.

– Мой папа позвонил Альфреду и пригрозил ему как следует: сказал, что если тот не хочет неприятностей, платье должно быть готово к среде.

– К среде!

Бриан натянуто рассмеялась:

– Крайний срок – к четвергу. У меня был тяжелый день, Поли. Сегодня вечером я собираюсь на девичник с подружками. Просто мечтаю оторваться!

Поли уставился на свое отражение в огромном зеркале, которое висело рядом со стенным шкафом. Его долговязая фигура выглядела уныло. Темные волосы неопрятными прядями спускались на лоб.

– Вот это правильно, детка. Желаю тебе повеселиться сегодня как следует. Насладимся жизнью, пока у нас есть такая возможность. Я тоже постараюсь сегодня развлечься.

– Послушай, у тебя, правда, ничего не случилось?

– Нет. А что?

– Ты говоришь как‑то странно: «постараюсь развлечься». Неужели на вечеринке с лучшими друзьями нужно удерживаться от зевоты? По‑моему, нужно удерживаться только от лишней рюмки.