Главный редактор, замглавного, Саныч и прибежавшие следом Ирина Михайловна и Рита смотрели в разбитое окно.

– Леха вернулся? – спросил Саныч.

– Пока нет, – ответила Ирина Михайловна. – Катюху домой повез.

– Позвоните ему, будьте любезны, – попросил главный, – пусть срочно возвращается. Скажите, я попросил. Очень. И выпишите ему премию. Придумайте сами, за что. Но только чтобы он приехал. Как можно скорее. У нас тут, кажется, ЧП.

– А где Серега? – ахнула Ирина Михайловна.

– В том-то и дело, – ответил главный, – стул на месте, а Сереги нет. Уже по всей редакции искали. Нигде.

– А у тети Люси в подсобке? – уточнила Ирина Михайловна.

Тети-Люсина подсобка на кухне на втором этаже считалась совсем тайной комнатой. Вход туда был разрешен только избранным. Леха там часто отсыпался. Антон тоже, если уж совсем теща загостилась. Серегу в подсобке всегда ждал не только диван, но и ужин – по завету Людмилы, новые поварихи всегда относили в ее бывшую комнату для отдыха, которую так никто и не посмел занять, пирожки, бутерброды, чай в чайнике, плюшки какие-нибудь. На всякий случай. Повариха Людмила любила Серегу как родного сына. Пусть и неуемного, неуправляемого, но все равно любимого. Он ей чем-то напоминал «ее Ленечку», как она всем сообщала. Новые поварихи ничего не знали про Ленечку, но ослушаться боялись. Тем более что главный и замглавного прекрасно знали про этот закуток и успешно им пользовались. Да что уж говорить – замглавного с Катюшей именно там и укрывались от посторонних глаз – тоже секрет Полишинеля. Замглавного – начальство, как-никак. Не будет же он за диван в бывшем кабинете Леонида Валерьевича сражаться, не по статусу вроде как. А подсобка Людмилы запиралась на ключ, дубликаты которого имелись у Лехи, зама и Сереги. Еще один, запасной, лежал на всякий случай под ковриком.

– И там нет, – ответил замглавного.

– То есть он не выкинул стул, как обычно? – уточнила Ирина Михайловна, чувствуя, как кровь приливает к голове, становится нестерпимо жарко и одновременно муторно. Опять давление подскочило. Хорошо хоть таблетки всегда при ней. Она положила одну под язык. Потом еще одну, на всякий случай. Вечер, кажется, обещал быть долгим.

– А внизу смотрели? – спросила она.

– Где внизу? – подала голос Рита, чем всех вывела из состояния ступора.

– Если он не выбросил стул, значит, мог выброситься сам, – ответила Ирина Михайловна и первой подошла к окну. Остальные стояли, замерев от ужаса. – Там козырек внизу. Тела нет.

– Точно? – спросил главный.

– Точно, – кивнула она, – но козырек узкий, мог и дальше упасть, если решил прыгнуть.

– Надо спуститься и посмотреть, – решил главный.

Все дружно кивнули, но никто не побежал вниз искать бездыханное тело Сереги.

– Вы дозвонились до Алексея? – уточнил главный редактор.

– До кого? До Лехи? Да, уже мчит назад, – ответила Ирина Михайловна.

– Это хорошо. Если под зданием редакции найдут труп, то есть я не то хотел сказать… в общем, огласки нам не избежать. Надо выработать версию до прихода органов. Иначе потом мы будем только оправдываться. Еще припомнят прошлые случаи…

– Выходит, милицию мы пока не вызываем? – уточнил замглавного.

– Нет, пока нет. Надо провести внутреннее расследование, так сказать.

– Я могу спуститься и посмотреть, – предложила Рита, – меня никто не знает.