|
В конце концов не исключались и презираемые Степой нервы, ибо, как к ним не относись, но имелись они не только у барышень, но и у красных командиров. Сейчас, в пустом купе, ему попросту могло померещиться. Можно было забыть и по возвращении отправиться в медицинскую часть. Пусть так - зато все остальное было на самом деле, и тут уже никакой врач не мог помочь. Мертвый Ирман, ночь в заброшенной церкви, старик в пещере, командир Джор - все это было. Был и Шекар-Гомп - тело еще помнило удары тока, а перед глазами то и дело вспыхивал странный, жуткий и одновременно зовущий свет гигантского рубина. Значит, надо исходить из реальности, как ни противилось этому все Степино естество. "А если так? - вновь и вновь соображал Косухин. - Если я действительно видел... Ксения, Семирадский, Ирман... Зачем?" Ответ был один. Они - по своей либо по чьей-то иной воле - приходили о чем-то сообщить. Сообщить - или предупредить... И очень жаль, что на большее Степина фантазия была неспособна... Степа лег, выключил ночник и, усилием воли заставив себя ни о чем не думать, заснул мертвым сном без сновидений... Утро было ярким, за окном уже мелькали протянувшиеся на многие километры парижские пригороды, и Косухин поспешил привести себя в порядок. У него будет время подумать обо всем. Сейчас - Париж... ...Толпа запрудила перрон, но Валюженича он узнал сразу. Тэд, наряженный в совершенно буржуйского вида клетчатый костюм с розаном в петлице, стоял рядом с каким-то пухлым коротышкой и, вытянув худую шею, всматривался через поблескивающие стекляшки очков в окна тормозящего состава. Степа радостно рассмеялся и помахал ему сквозь открытое окно. Валюженич заметил, подпрыгнул от неожиданности и устремился к дверям, возле которых уже толпились встречавшие. - Оу! Стив! Ай эм... то есть... Глэд... Бардзо... - американец беспомощно пытался составить приветственную фразу сразу на трех языках, хлопая Степу по спине и кривя в радостной усмешке физиономию. Наконец, он выдохнул воздух и произнес: - Товарищ Косухин! Позвольте... э-э-э... витать тебя в Париже - метрополи оф будущей мировая революция! - Вот это хорошо! - солидно одобрил Степа. - Ну, привет, акэолоджи! Как ты тут, среди буржуев, не закис? Между тем оказавшийся тут же пухлый толстячок уже тянул на себя Степин чемодан. Тэд помог отнять чемодан у сопротивлявшегося Косухина и кивнул: - Стив, это есть май френд Шарль Карно - потомственный пролетарий... Степа с изумлением взглянул на "потомственного пролетария", но коротышка Шарль улыбался столь весело, что Косухин решил покуда не углубляться в классовые проблемы, крепко пожал маленькую ладошку "пролетария", после чего все трое стали продираться через толпу к подземному переходу. |
