— Хорошо, через двадцать минут, — сказал он.

Брейди зашел в пиццерию, готовый атаковать и защищаться. Что было совершенно глупо. Эрин была молода и привлекательна настолько, что мгновенно притягивала к себе взгляды, где бы ни появлялась. И он ей нравился. Любой другой был бы счастлив получить от нее приглашение. Но не Брейди.

Его поразил голос Эрин, когда они разговаривали по телефону, — сомневающийся, неуверенный, смущенный. Это немного успокаивало Брейди, поскольку говорило о том, что она тоже неуверенно себя чувствует и, как и он, понимает, сколь зыбка почва под их ногами. Поэтому Брейди решил, что хоть и с большим сожалением, но откажется от ее плана. Интуиция подсказывала ему, что надо подумать дважды, и он не собирался доверяться инстинктам, ни своему, ни ее.

Эрин сидела за стойкой с парнями и смотрела хоккей, потягивая пиво. Сидя на высоком стуле и элегантно закинув ногу на ногу, она выглядела в высшей степени сексуально. Брейди медленно подошел к стойке.

— Привет.

Эрин махнула рукой в его сторону и издала громкий победный возглас, потому что в этот момент команда «Исландерс» пропустила гол, давая тем самым «Флаерсам» преимущество в одно очко. Брейди рассмеялся и покачал головой, удивляясь тому, как Эрин легко стала своей в мужской компании. Он пришел сюда, как гладиатор, готовый к бою, а она и не заметила его, поглощенная хоккеем. Это даже немного задевало. Хотя, наверное, оно и к лучшему — возможно, Эрин пришла к тому же заключению, что и он.

— А я думал, ты футбольная фанатка, — сказал Брейди, смеясь.

Она повернулась к нему, широко улыбаясь.

— Да. И хоккейная тоже.

— А как тебе бейсбол?

— Никогда не увлекалась.

Эрин слегка поморщилась.

— Что, недостаточно брутально?

— Недостаточно быстро и активно, — ухмыльнулась она.

— Хочешь посмотреть игру до конца?

Эрин покачала головой.

— Нет. Бучера сегодня уже никто не обойдет. Он теперь всех держит под контролем. Так, ребята?

Они все разом обернулись к ней, кивая и улыбаясь.

— Пойдем, — сказал Брейди, — вон свободный столик.

Он направился к столу, наиболее удаленному от ее поклонников. Казалось, даже Миллер был покорен обаянием Эрин. Он старался побыстрее налить в ее бокал пиво.

— Пожалуйста, Эрин, — сказал Миллер, протянув ей бокал.

Брейди фыркнул.

— Идем, пока они не соорудили орденскую ленту из салфеток и не наградили тебя почетным званием «Мисс Джимми».

Эрин невозмутимо поблагодарила Миллера и отправилась к столику в углу.

Они сели друг против друга, глядя друг другу в глаза. Брейди спрашивал себя, почему он так нервничает. За прилавком зашумели — «Исландерс» забила еще один гол, и счет сравнялся.

— Какую ты хочешь пиццу? — спросила Эрин, даже не заглядывая в меню.

— Выбирай. Мне здесь нравится все.

Эрин подняла бровь.

— Да? Мне казалось, ты более разборчив.

— Эрин, не надо все усложнять, — вздохнул Брейди.

— Что усложнять? — Ее улыбка погасла, но выражение ее лица тут же смягчилось. — Ах, да. — Она провела пальцами по запотевшему стеклу бокала. — Мог бы сказать по телефону. Я бы посмотрела игру.

Эрин подняла взгляд, и Брейди увидел, что ее глаза задумчивы и серьезны.

— Я решил все уже по дороге сюда.

Миллер показал из-за стойки, что их очередь делать заказ. Эрин выжидающе смотрела на Брейди.

— Давай поедим, что ли, — наконец вздохнул он.