Вся грязь разом слетела, и, охая и ахая от ожогов, я кое-как вскочил. Протёр глаза и уставился на довольных кикимор — они ухмылялись возле того омута, в котором я только что тонул. От трясины шёл густой пар, и я даже догадался, где эти твари набрали кипятка.

Да и ещё набирают…

От одной струи я увернулся, а другая сбила меня с ног, снова отправляя в полёт. Спустя секунду я вылез, опять весь в тине и грязи с головы до ног.

— Мавша, твою мать! — я потряс дубиной, но кикиморы только прорычали что-то неразборчивое и, развернувшись, прошуршали по камышам и нарочито громко плюхнулись в болото.

Квакающая мелочь промаршировала мимо меня, гордо подняв головы. Львиная часть этих кикимор были едва больше моей ладони, напоминали просто прямоходящих лягушек, и вся эта бравада была до того смешной, что мне стоило огромных усилий, чтобы просто не заржать.

— Мне нужна помощь с магией, — произнёс я, — Мы могли бы договориться.

Кикиморы никак не отреагировали, продолжая удаляться. Я понимал, что происходит — Мавша демонстрировала своё возмущение и обиду, и будет глупо с моей стороны усугублять это.

Ну, ладно, поговорю с ней, когда успокоится…

— Спасибо! — недовольно рявкнул я вслед запоздавшей мелкой кикиморе, которая будто бы случайно запуталась в камыше и дёргала ногой, пытаясь выдернуть её.

Услышав меня, мелкая тварь обернулась, смерила меня взглядом, а потом, чуть не сломав себе шею от того, как гордо вскинула голову, она прошлёпала в густой камыш.

Я всё же улыбнулся уголком рта. Богиня меня услышала и мы ещё поработаем вместе. Да и со Стрибором надо будет её свести — чувствую, скоро и бог ветра напомнит о моём обещании.

Развелось тут богов, понимаешь…

Кутень упал мне на плечо и вопросительно глянул на меня.

— Хам-хам-хам? — будто бы спросил он.

— Я старался не хамить, — буркнул я, чувствуя, как давит упавшая на болото тишина. Долго Мавша придерживать своих кикимор не будет.

Вздохнув, я побрёл к дороге. Даже к болотной вони и грязи привыкаешь, поэтому по пути мне удалось немного поразмышлять.

* * *

Бездна на этот раз много чего наговорила. Конечно, не все её слова могут быть правдой… на то она и Бездна, чтобы соблазнять и обманывать.

Но как Тёмный Жрец, я прекрасно знал, что самая действенная ложь — та, которая смешана с правдой.

Значит, я стою перед выбором, который может уничтожить этот мир… Стать воплощением вернувшегося тёмного бога или дальше продолжить путь праведника.

На первый взгляд всё довольно просто. Тут борются силы зла и добра, и если я на стороне Света, то выбор очевиден — надо становиться праведником. А значит, надо опять одеть рясу лиственника… или что у них там?.. В общем, нужно идти и насаждать правильную веру.

Тем более, я видел, на что способна эта вера. Тот лиственник в замке Вайкула смог побороть превращение в упыря, а ведь это пусть и простейшая, но одна из сильнейших тёмных магий.

Странная, кажущаяся многим глупостью, вера. Ведь Вечное Древо — оно для богов, а не для людей. Но люди вдруг возомнили, что можно молиться напрямую Древу, игнорируя богов.

Ведь все кем-то были созданы. И люди, и боги… Древо, которое растёт сразу во всех мирах, может дать на это ответ.

Я усмехнулся, понимая, что эта мысль из закромов памяти самого Малуша. Надо будет провести особую медитацию, покопаться в остатках его сознания. Может, там где-то ответ, почему лютый бросс вдруг решил стать лиственником?

Значит, чтобы спасти этот мир и светлых богов, надо нести людям Свет. Лиственный, естественно.

И в то же время…

Меня не отпускала мысль, что всё ой как непросто.