И в то же время…

Меня не отпускала мысль, что всё ой как непросто. Почему-то же Хморок свалил из этого мира? Вот и Мавша в нашу первую встречу что-то болтала о равновесии.

Ну да, бог смерти и мрака по умолчанию считается злодеем. Глянул он на выросшее святое Древо, да надумал его сразу срубить — ну потому что злодей. Силы добра собрались, ну и выгнали взашей Хморока… Проще и быть не может.

Вот только в прошлом моём мире мы, служители Тьмы, похожим образом победили Орден Света. Всего лишь сидели в стороне, ожидая, когда ересь, которую Тьма впустила в их веру, даст ростки.

Любое насилие — грех. Оно и вправду было грехом, но только ересь возвела это в абсолют, запретив Адептам вообще любое насилие, даже для защиты самих себя.

Бездне оставалось только ждать, когда целые армии Воинов Света сами собой сойдут на нет. Как они сложат Святые Клинки за ненадобностью, как перестанут передавать из поколения в поколение своё учение.

И Бездна дождалась…

Да, много лет приходилось Ордену Тьмы пришлось сидеть тише воды и травы. Создавать видимость, что от него остались жалкие, никчёмные крохи.

Когда я стал Тёмным Жрецом, эти времена уже закончились. И я застал то время, когда Орден Тьмы уничтожал Обители Света одну за другой, вырезая беззащитных адептов.

Но причиной в самом начале послужил праведный выбор.

* * *

— Свет смердящий! — просипел я, понимая, что Бездна не подкинула мне особых подсказок, и что вопрос остался открытым, — Отец-Небо!!! Ты можешь мне подсказать⁈

Я рявкнул, запрокинув голову, но ответом послужило лишь слабое эхо.

— Ну да, ну да, — проворчал я, — Слушай своё сердце, помню, как же…

— Громада⁈ — из камышей вдруг вскочил бард и чуть не воткнулся в меня, — О-о-о, Маюновы бубенцы, слава вашему звону!!!

— Эй, вы чего не на дороге? Взрыва не было, зачем прётесь⁈

Вслед за ним из зарослей вылетели Креона с Дайю. Они тоже неслись, как угорелые, и остановились, ошарашенно глядя на меня.

Запыхавшийся бард, оглядываясь назад и тыкая в ту сторону пальцем, попытался объяснить:

— Там… Там… Короче, нас ждали! Отняли мешок, лютню мне сломали… — он вскинул свой инструмент, из которого торчала стрела, — Это люди Сидора!

До меня уже доносилась ругань, шелест камышей и чавканье десятка ног, который приближались сюда. Да ну вонь небесная, я когда-нибудь выберусь из этого болота⁈

— Моркатова стужь! — Креона крепко держала принцессу за руку, другой рукой придерживала плечо, где из-под пальцев сочилась кровь, — Они мешок отняли, и девчонку попытались увести.

Глядя, как по порванному рукаву чародейки течёт кровь, и почувствовал, как внутри разгорается первобытная ярость. Ну, а чего ты ожидал, Всеволод, если ведёшь дела с бандитами? Каждый раз они будут проверять тебя на крепость, и каждый раз надо обламывать им зубы.

Ох, мои тугие варварские мозги, я ведь должен был предвидеть этот шаг. Мысль Сидора мне была ясна — на всякий случай его люди крутились поодаль, и уж явно не для того, чтобы помочь нам. И когда мои спутники выскочили на дорогу без меня, было бы глупостью не воспользоваться таким шансом.

Недовольно урча, я прошёл мимо ошалевших беглецов… Ну что ж, люди Сидора сделали глупость.

Глава 14

— Десять золотых за помощь, и десять за каждую банку, — пухлый Сидор складывал монетки в аккуратные стопки, как раз заканчивая восьмую кучку.

Бард рядом со мной заёрзал на стуле, чуть не поскуливая от нетерпения — он просто пожирал золото глазами. Наверняка уже посчитал, сколько тут кружок пива, принятых ванн, и сколько сразу горячих южанок смогут потереть ему спину.