Встав в центре круга примятой травы, я покрутил головой. Судя по следам, отсюда ушли в три стороны. Значит, те, кто скрутил девчонку, перестраховались, и знали, что за ними может быть погоня.

Нет, погоди. С этой стороны они пришли, в другую ушли. А третья просека?

Что-то мне во всём этом не нравилось — я слишком долго был Тёмным Жрецом, чтобы так глупо попадать в ловушки. Но сейчас чувствовал, что ловушка уже готова.

Ловушка для меня. Я остро чувствую, что кому-то нужен.

Настоящий Тёмный Жрец всегда знает, что кто-то о нём думает или замышляет против него. Сейчас я был варваром, тёмное чутьё почти не работало, и я не мог этого ощущать, но притупленное чувство всё равно пробивалось, будто сквозь вату.

Какой же силы тот, кто обо мне думает? Неужели Бездна и вправду сразу призвала своего сильнейшего последователя? Разве это возможно?

Креона молча стояла рядом, опираясь на палку. Шуршал мешками Виол, пытаясь из-под них вылезти.

Тут так тихо. Слишком тихо.

Слышно только шелест травы…

* * *

Я вздрогнул, когда этот шелест, наливаясь зловещими нотками, вдруг превратился в слова:

— Вы найдёте здесь смерть!

Голос шёл отовсюду, будто его принесло ветром. Он не мог принадлежать человеку, и словно складывался из скрипа стеблей вокруг.

— Вы — мертвецы!

— Маюна мне в почки! — Виол подполз ко мне, — Это что?

Когда стебли травы на краю поляны сами стали скручиваться, я сразу же оттолкнул Креону себе за спину и, схватив барда за мешок, рванул и его туда же.

— Громада, лютню сломаешь!

А трава, шевелясь и вращаясь, словно заплетающиеся косы, уже скручивалась в сноп человекоподобной формы. Через пару секунд к нам шагнуло существо — соломенные ноги, туловище и руки, а вместо головы просто торчит пучок колосьев.

— Сме-е-ерть! — просипело низким голосом существо.

— Маюновы слёзы! — выдавил бард, глядя на него, — Это кто⁈

Я промолчал. Ответом был шелест ещё с двух сторон. Там колосья тоже скручивались в подобие гуманоидов, и вскоре мы оказались окружены тремя соломенными воинами.

Они тоже что-то проскрипели про нашу смерть, хотя сами не двигались с места.

Вроде бы и несерьёзный противник. Но всё зависит от силы, с которой они будут бить. И поджечь нельзя — они будут бить горящими же культями, да и сами все тут погорим.

— Моркатова стужь! — Креона перехватила покрепче посох, — Это сильный маг.

А вот тут бы я поспорил. Всё это время я стоял, пытаясь разглядеть над травой в поле голову того, кто управлял этими тварями. Ему нужен обзор.

Ну, неплохая магия, и даже интересно, какая стихия у этого колдуна. Призывать существ из потусторонних миров — это одно, а вот создавать их из подручных средств — совсем другое. Но, самое главное, я чуял в них Тьму.

Тьмы было совсем немного, использовали её неумело, именно это меня и удивляло. В моём мире, если кто-то демонстрировал такую магию, он пытался вселить в элементаля призванную душу, а делать это могут только маги Тьмы или Света.

Этот призвал мелкие бесноватые тени, голоса которых мы и слышали, но управлять воинами колдун всё равно будет сам. От этих теней никакого толку, кроме криков.