– Сволочи! Сволочи! Только запись сделать! Они сказали – только запись! – раздался где-то рядом визгливый голос. Потом кто-то вошел в ванную и, приподняв дверь, увидел Паркера.

– Сэр, вы в порядке? Сэр, как вы себя чувствуете?

– Помогите мне выбраться отсюда, – попросил Паркер.

Сотрудник в тёмно-синем костюме с бейджиком «Риттер», отодвинул сорванную дверь и подав Паркеру руку, помог ему вылезти из запыленной ванной.

– Я ведь только что принял душ, – произнёс тут сокрушённо. – Что там произошло? Вы уже смотрели?

– Похоже… Похоже, что-то взорвалось, сэр, там на вашей кровати.

Паркер, казалось, не понимал, о чём речь, хотя согласно кивал.

В конце концов, он отпустил руку сотрудника безопасности и сам вышел, чтобы посмотреть, что произошло в номере.

Всё выглядело просто ужасно – от его кровати осталось только искореженная рама. Часть остатков матраса была впечатана в обгоревший потолок, а огромное количество кусочков поменьше, словно крупный град покрывали весь номер.

Обрывки сумки и лоскутки обгоревшей одежды из дорогого магазина также были разметаны по всему номеру и некоторые ещё дымились.

С улицы стали доноситься сирены пожарных и полицейских машин, а из коридора гомон набежавших зевак – горничных, постояльцев и даже парочки официантов из ресторана на первом этаже.

Человек с бейджиком призывал их не шуметь и разойтись. А еще не напирать и не лезть в номер, поскольку самым любопытным не терпелось посмотреть, что творится внутри.

Паркеру, прямо на голое тело, пришлось надеть свою запыленную полувоенную робу. Другой одежды у него теперь не было. Затем он подошел к столу и рассовал по карманам, чудом уцелевшие документы, банковскую карту и наличность. Диспикер пока оставил, а места, где лежали убранные ценности, присыпал мусором, как будто тут ничего и не было.

Так, по его мнению, будет меньше проблем с полицией.

Половина окна была выбита и образовавшийся сквозняк понемногу вытягивал дым.

Вскоре появились пожарные. Двое из них в полной амуниции и с химическим огнетушителем, растолкал зевак, зашли в номер и не обращая внимание на Паркера и не задав ему ни одного вопроса, потоптались и ушли.

Через полминуты после них прибыли полицейские.

Их приехала целая бригада, человек пять или шесть. Они стали действовать более активно и разогнали зевак, потребовав, чтобы остались лишь те, кто был непосредственным свидетелем происшествия.

Затем трое зашли в номер: один направился к Паркеру, второй стал осматривать место, где находилась кровать постояльца, а третий заглянул в ванную, где валялась выбитая дверь.

Между тем, Паркер узнал подошедшего к нему полицейского. Это был тот самый офицер, который когда-то задерживал его в парке и обыскивал в поисках наркотиков.

А потом ещё появился избитым в сопровождении двух громил в ресторане, где Паркер пытался договориться с Моссом.

Синяки с его лица, в основном, сошли, но кое-где оставались бледно-фиолетовые пятнышки и полицейский замазывал их тональным кремом.

Он тоже узнал Паркера и покачав головой, усмехнулся.

– Ну, парень, везёт мне на встречи с тобой. Я капитал Флетчер.

– Вот только поводы для встреч не очень приятные, – сказал Паркер, невольно дотрагиваясь до большой шишки на лбу.

– Ну, рассказывай, что здесь случилось? – спросил капитан, осматриваясь.

– Я вернулся в гостиницу, вошел в номер, – начал перечислять Паркер и для верности загибал на руке пальцы. После сильного удара он пока не очень хорошо соображал.