Он физически не мог подойти ближе из-за сковывающего его страха. Вместе с тем, где-то на периферии сознания, он сумел оценить внешность мисс Финн. Оригинал выглядел намного ярче фото и видеокопий.

«Какая же она… Какая же.»

– Везде одно и тоже, вас как будто из старого сундука всех вытащили. То, что вы показываете было хорошо пять лет назад, а сейчас ситуация изменилась. Если по-хорошему, вас всех следует уволить, но тогда придется увольнять управление всех подразделений холдинга, а я на это сейчас, к большому сожалению, пойти не могу.

– Но что же не так, мэм? – решился на вопрос Ренд. – Эта концепция развития, она… Она в тренде передовых экономических стратегий. Что мы еще должны сделать, чтобы доказать нашу состоятельность?

– Да вы не состоятельность должны доказывать, вы должны пойти на что угодно, чтобы остановить продвижение конкурентов на наши рынки.

– А мы и так уже пошли на что угодно, мэм! – с жаром сообщил Гибс.

– Что вы имеете ввиду? – после небольшой паузы спросила мисс Финн.

– Присядьте, я сейчас все расскажу.

Мисс Финн села на прежнее место, однако всем видом давала понять, что у директора максимум полминуты.

– Так вот, мэм, мы держим руку на пульсе и все такое. Мы смотрим вперед, мы рассчитываем перспективы в стратегическом масштабе. И мы проводим важные мероприятия по поддержанию стабильности наших потенциалов, чтобы в полный рост дать отпор конкурирующим силам.

– Это слова. Где дела? – строго спросила мисс Финн.

– А вот и дела! Геберсби, будь добр!

Начбез отклеился от стены и рысью подбежав к директору, передал ему папку.

Гибс схватил ее и шлепнувшись на соседнее с начальнице кресло, раскрыл и передал высокой гостье.

– Что это? – спросила она и с брезгливой гримасой взяла папку.

– Я объясню! – живо отозвался Гибс. – Какое-то время назад, у нас в городе появился такой феномен-умелец, который начал восстанавливать программные блоки, производством которых мы и занимаемся. С одной стороны – пустяк, конечно. Он восстанавливает какие-то единицы, но престиж компании, репутация и все такое. Мы стали разбираться и оказалось, что он не только реально восстанавливает, как бы не восстанавливаемые блоки, но и значительно – в разы увеличивает их первоначальную производительность.

– Это правда? – уточнила мисс Финн.

– Да, правда, вот тут посмотрите, отчеты группы экспертов, которых мы приглашали. Так вот, казалось бы, самым правильным должно быть привлечение этого самодельщика и адаптации его технологий к нашему производству, но это тактический подход. Мы же, а точнее лично я, рассудил иначе.

– И как же? – перелистывая отчеты уточнил высокая гостья.

– Нам не нужны технические чудеса, мэм, нам нужно сохранить налаженный бизнес. Если же мы начнем развивать эти новшества, их тотчас начнут развивать и наши конкуренты. Неизвестно, кто продвинется быстрее, начнется гонка, вернется нестабильность. А нынешнее положение дел у нас выстраивалось годами. Бывало доходило до стрельбы, правда это еще до вас было.

– Я в курсе!

– Ну вот, сейчас у нас все ровно, войны прекращены. Такое положение дел нужно ценить.

– И что же вы предприняли?

– Мы пошли на радикальные меры.

– То есть? – уточнила мисс Финн и наблюдавший за ее красивым лицом Ренд внутренне сжался. Что-то сейчас будет.

– В мастерской этого ремесленника произошел взрыв. Случайно, разумеется.

В этот момент мисс Финн открыла страницу досье с фотографией.