В кузове сразу стал что-то дребезжать и постукивать, поскольку подвески у этого грузовика были жесткие.

– Я заметил, что ты с ними хорошо знаком, – сказал Паркер поудобнее устраиваясь на мешках.

– Было дело, – неохотно ответил Эдди.

– А почему они называют тебя Моссом?

– Потому что я Мосс. Ты можешь называть меня так же.

– Понятно, Мосс. А куда они нас везут?

– Скорее всего на базу.

– И далеко эта база?

– Часа два с половиной. Но это до старой базы. Теперь-то наверняка у них новая.

– А что за дела у тебя с ними были?

В этот момент грузовик резко дернул влево, объезжая какое-то препятствие и Мосс сделал вид, что не расслышал вопроса.

Было очевидно, что ему не хотелось рассказывать о сотрудничестве с этой, скорее всего, незаконной организацией. С другой сторону, в ситуации в которой они оказались, Паркеру было полезно узнать о новых похитителях, как можно больше.

– Но все же, Эдди… Ой, извини – Мосс! Расскажи, кто такой этот Гуччо Май и почему этот бородатый так саданут тебя в живот? Согласись, я это не ради любопытства спрашиваю, ведь мы вместе едем на эту базу.

Несмотря на дребезжание в багажнике, Паркер расслышал, как Мосс вздохнул.

– Одно время мы сотрудничали, это было пару лет назад. Мне это не понравилось и я от них сбежал.

– И чего ты за это ожидаешь?

– Не знаю. Вот приедем и все станет ясно.

Сказав это Мосс отвернулся к борту и поправив мешок под головой, сделал вид, что спит.

Паркеру тоже ничего не оставалось, как попытаться избавиться от преследовавших его мыслей об их дальнейшей судьбе.

Какой смысл терзать себя предположениями, если он мало что знал об этих похитителях, в отличии от Мосса.

Запах сухой травы, исходивший от мешков, успокаивал и Паркер даже сумел задремать, но минут через сорок, машину крепко тряхнуло.

Паркер проснулся и в первое мгновение не мог понять, где находится из-за темноты и сильной качки.

– Это мы съехали с шоссе на грунтовку, – пояснил Мосс и Паркер сразу вспомнил, где он.

Немного успокоившись он стал смотреть в едва различимый потолок, чем являлась крышка кузова. Хорошо, что с перепугу не попытался вскочить, тогда бы врезался в нее головой.

Несмотря на то, что неровная и местами кочковатая грунтовка не располагала ко сну, Паркер, изредка, проваливался в дрему.

Течения времени он почти не ощущал, лишь иногда, комментарии Мосса возвращали его к реальности.

– О, речку проезжаем! – сообщил тот, когда машина резко сбросила скорость и стало слышно журчание воды под арками колес.

Спустя какое-то время появился уклон, такой крутой, что они с Моссом едва не съехали вместе с мешками к левому борту.

– А это гора Эрбот. Я дважды поднимался на нее.

– Ты альпинист, что ли? – уточнил Паркер, сразу представляя заснеженные пики и вереницу маленьких фигурок на белом фоне соединенных веревкой.

Он никогда не понимал такого странного хобби.

– Нет, не альпинист. Гора невысокая, чуть больше трех сотен метров. На ее вершине мы устанавливали охранное оборудование.

– От кого охраняли?

– От полиции, – ответил Мосс после небольшой паузы. – Ну и всяких посторонних, кто мог забрести в лес.

Далее в течении пути он сделал еще несколько комментариев, а потом, после очередного поворота добавил, что дальше дорогу не узнает.

– Значит они переехали на новую базу.

38

После этого поворота они были в дороге еще часа полтора и эта часть путешествие его особенно утомила.