Паркер придумывал себе множество оправдательных причин, почему ему хотелось поскорее оказаться в оранжерее, однако главным, все же, было желание увидеть Сандру.

К оранжерее он явился минут за двадцать до назначенного срока и стал прохаживаться по тротуару, жалея, что оставил часы в кармане шорт.

Минут через десять тяжелая дверь оранжереи открылась и вышла Сандра.

– А ты чего так рано? – спросила она улыбаясь.

– Да я это… еще не привык к здешнему распорядку, – ответил Паркер не в силах сдержать свою улыбку.

– Ну заходи, будем раствор готовить, – сказала она пропуская его внутрь.

– Как тебе зеленая форма? Много вопросов было? – спросила Сандра закрывая двери.

– Нет. Но сосед похвалил и даже позавидовал.

– Ну и отлично. А вот твои вещи – они уже готовы.

С этими словами она поставила перед Паркером пластиковую коробку в которой поверх аккуратно сложенной одежды лежали удостоверение, диспикер и банковская карта. А еще – пояс с наличными деньгами, который он, как ему тогда показалось, удачно припрятал в раздевалке.

– Если все на месте, отставь ящик в сторону, потом заберешь. А сейчас давай начнем готовить раствор.

– Это который питательный? – спросил Паркер протискиваясь вслед за хозяйкой в холодную кладовку.

Сандра зажгла свет и он увидел шкафы с прозрачными дверцами за которыми на полках стояли емкости с разноцветными жидкостями.

– Ух ты, как красиво!

– И очень дорого, – добавила Сандра и подкатила Паркеру стоявший у стены столик на колесиках.

– Держи, на тебе транспортировка.

– Ага, – согласился Паркер, следя за каждым движением Сандры, ведь даже в свободной полувоенной форме она выглядела очень красивой.

Паркер даже подумал, что на такой женщине он бы женился.

Подобные мысли часто посещали его на передовой, где очень хотелось обрести семейный уют, стать кому-то нужным. Но холодные ночи в карауле заканчивались, обстрел затихал, а там и увольнение – раз в неделю.

Их возили за двести километров в небольшой городок, где к услугам солдат было все, что нужно – заведения с напитками, веселые девушки и… снова заведения с напитками.

И было уже не так тоскливо, не так страшно, а недавнее малодушие и тоска казались даже чем-то постыдным.

– Эй, ты где там? А чем задумался?

– Ой, извини! Тут так холодно!

Паркер подкатил столик и Сандра начала загружать на него небольшие прозрачные емкости заполненные цветными жидкостями.

Красноватые, желтые, мутные-серые и даже с какой-то серебристой взвесью.

Всего набралось двенадцать штук и Паркер выкатил столик из холодной кладовки.

Сандра вышла следом, заперла дверь и указала помощнику новое направление.

– Вон за той дверью смесительная. Нам туда.

– А почему в каждой кладовке такие двери?

– Такие толстые и прочные?

– Да.

– Это для живучести корабля. Раньше корпус оранжереи работал где-то на орбите. Это потом его приспособили для других целей, но кто это сделал и как у меня не спрашивай – я прибыла уже на все готовенькое.

– А откуда прибыла? – поинтересовался Паркер, когда они зашли в помещение похожее на отопительный узел.

– Прибыла из другого лагеря, – сказала Сандра и взяв со столика баллон, вставила его в специальное гнездо – горлышком вниз, затем зажала специальным замком и послышалось шипение.

– А из какого другого? У Гуччо Мая есть конкуренты?

– Подай вот этот…

Паркер подал указанный сосуд, потом еще и еще.