Глава 6

Вечером, когда Риз вернулся, Маделин не поднимала глаз от миски картофеля, в которой готовила пюре. Сила, с которой она давила на овощи, далеко выходила за пределы необходимой и содержала в себе некоторую долю свирепости. Один взгляд на замкнутое выражение ее лица сообщил, что она, вероятно, представляет, будто использует этот картофельный пресс на нем. Риз был глубоко озадачен. Он ожидал увидеть ее холодной, возможно, даже немного обиженной, но не предполагал, застать Маделин, все еще находящейся в точке кипения. Чтобы поддерживать гнев столько часов, нужно много энергии. По-видимому, ей требовалось столько же времени, чтобы остыть, сколько требовалось на то, чтобы завестись.

– Мне понадобится приблизительно пятнадцать минут, чтобы помыться, – сказал он.

Она так и не подняла взгляд.

– Ужин будет готов в десять.

Из чего Риз заключил, что она не собирается дожидаться его. Пока он поднимался наверх, его удивление усилилось.

Он принял один из самых быстрых душей в своей жизни, и уже было подумал не бриться, однако ему не понравилась идея оцарапать щетиной мягкую кожу Маделин. Риз рисковал порезать собственное горло из-за скорости, с которой водил бритвой по коже. Спускаясь по лестнице, он все еще был босиком и застегивал рубашку на ходу. Маделин поставила стаканы с холодным чаем на стол, и они сели ужинать вместе. Блюдо с жареным цыпленком стояло прямо перед его тарелкой. Он решил, что либо должен съесть проклятую птицу, либо она окажется на его одежде.

Накладывая в тарелку кусок цыпленка, пюре, бисквиты и соус, Риз все время с любопытством посматривал на блюдо. Он все еще продолжал исследовать его содержимое, когда откусил первый кусочек и довольно замычал. Цыпленок был нежным, покрытым хрустящей и пряной корочкой. Маделин оказалась лучшим кулинаром, чем он ожидал. Но остальные части цыпленка выглядели… странно.

– Это часть чего? – спросил он, указывая на кусок цыпленка необычной конфигурации.

– Понятия не имею, – ответила она, не глядя на него. – Я никогда прежде не освежевала и не забивала свою пищу.

Он прикусил внутреннюю часть щеки, чтобы удержаться от ухмылки. Если он допустит ошибку и засмеется, то она, вероятно, вывалит чашку с соусом ему на голову.

Ужин прошел напряженно и по большей части безмолвно. Если он высказывал комментарий, она отвечала, но помимо этого не предпринимала никаких усилий для поддержания беседы. Она съела по маленькой порции каждого блюда, хотя слово «крохотной», наверное, подошло бы больше. Как только она закончила, то отнесла свою тарелку к раковине и вернулась с чистым блюдцем, а также с вишневым пирогом, который все еще пузырился.

Очень немногое в жизни когда-либо мешало аппетиту Риза, и сегодняшний вечер не стал исключением. Он слишком тяжело работал, чтобы ковыряться в еде. К тому времени, когда Маделин закончила со своей маленькой порцией пирога, он уничтожил большую часть цыпленка, весь картофель с соусом, и оставил только два бисквита. Риз чувствовал себя почти удовлетворенным, когда Маделин поставила перед ним чистую тарелку с гигантским куском пирога. Однако, быстрый взгляд на ее застывшее лицо, сказал ему, что с ней пища не сотворила такого же чуда.

– Как ты научилась так готовить?

– В шкафу есть поваренные книги. Я умею читать. – Весьма щедрый ответ для такого словоохотливого собеседника, которым она сейчас являлась.

Наведя на кухне порядок, Маделин сразу направилась наверх. Риз вошел в свой кабинет и занялся документами, которые никогда не заканчивались, но мысли витали далеко, и к восьми часам он смотрел на часы, задаваясь вопросом, готова ли Маделин лечь спать. Он уже слышал льющийся душ, и образ ее нагого тела, стоящего под струями воды, заставил его беспокойно заерзать на стуле.