— Тогда у нас есть время. Ни один мужчина не сможет соблазнить женщину из клана Мюрреев, если только она сама не захочет, чтобы ее соблазнили.

— Он умеет это делать.

— Но Джиллианна считает себя замужней дамой.

— Можно подумать, что женщины придают этому значение, — проворчал Нейл, посмотрев на Коннора. — Неужели ты так хочешь получить эту землю, что готов принять обратно опозоренную жену?

Коннор с трудом удержал Джеймса, бросившегося к сэру Нейлу.

— У тебя нет оснований говорить о Джиллианне плохо, хотя ты делаешь это с первого дня, как увидел ее. Дядя, следи за своими словами, иначе я больше не буду останавливать этого парня! — Он сделал вид, что не замечает того, как Нейл едва не задохнулся от гнева. — Если дело только в том, что Роберт попытается украсть награду, которую потерял в честном состязании, то тогда никакой войны не будет.

— А если он причинит ей вред? — спросил Джеймс.

— Тогда я отомщу ему, но это будет поединок между двумя, мной и им. Но если он соблазнил ее…

— Он не сможет, — улыбнулся Джеймс. — Если бы ты знал нашу семью, то поверил бы мне. Джиллианна считает себя твоей женой и связана клятвой, данной перед лицом Господа нашего. Она никогда не нарушит эту клятву. Кроме того, она сможет распознать малейшую фальшь в словах того, кто попытается ее соблазнить. В нашей семье много красивых мужчин, которые умеют ухаживать за женщинами. Джиллианна знает все уловки, которые они пускают в ход. К тому же если бы ей нравился этот лэрд, она выбрала бы его, не так ли?

Эти слова немного успокоили Коннора. Он вдруг понял, что испытывает к Джиллианне не только чувство собственника или вполне понятное для мужа беспокойство. Он уже не мог думать о ней только как о жене, будущей матери его детей и хранительнице его очага.

— Хватит болтать, — перебила всех Фиона. — Пора отправляться за ней.

— Ты останешься здесь, — приказал ей Коннор.

— Но…

— Нет! Ты и Дру останетесь дома. Вы прекрасно знаете, что я запретил всем нам одновременно покидать Дейлкладач.

Все протесты тут же прекратились, как только он напомнил об одном из главных правил. В это время во двор въехала тележка с лежавшим на ней Мосластым. Коннор поблагодарил свинопаса за помощь и подошел к своему другу. Мосластый был в сознании, но его лицо было белым как снег.

— Я ничего не видел… — начал Мосластый. Его голос был хриплым от боли.

— Фиона все видела. Сэр Роберт забрал Джиллианну, — сообщил ему Коннор.

— Мы поедем за ней прямо сейчас?

— Не все. Ты останешься здесь. Я бы хотел, чтобы ты был рядом со мной, но лучше подождать, когда ты сможешь сидеть верхом.

— На что надеется этот глупец?

— Не знаю. Хочет разорвать наш брак. — Мосластый удивленно посмотрел на Коннора, и тот пояснил: — Если Роберту удастся ее уговорить стать его женой, то ее отец сумеет добиться развода.

— Она не станет этого делать, — уверенно заявил Мосластый. — Не станет она разрывать ваш брак ради сэра Роберта.

В это время к Мосластому подбежали Джоан и Майри и принялись хлопотать вокруг юноши. Коннор, Джеймс, Тони, Дэрмот и Ангус сели на своих коней, готовясь к отъезду. Коннор заметил, что его дядя не сделал ни малейшего движения, чтобы присоединиться к ним. Он стоял рядом с Мэг, и на их лицах была написана откровенная злоба.