Теперь она сама своими движениями подгоняла и поощряла его. Но Завье медлил, желая, чтобы Табита выразила свое желание словами.

    - Скажи, чтобы я остановился.

    Табита покачала головой, и ее золотисто-каштановые волосы рассыпались по подушкам.

    - Нет!

    - Нет - ты не хочешь меня, или нет - не останавливаться?

    Завье с трудом сдерживал себя. Ноги Табиты сжимали его тело как тиски, и мужское естество Завье, находясь совсем рядом с ее лоном, было готово к действию.

    - Нет, не останавливайся, - задыхаясь, сказала Табита.

    Но Завье заставлял ее ждать. Он намеренно тянул, входя в нее очень медленно, так, что тело Табиты судорожно извивалось под ним.

    - Скажи, что хочешь меня, - приказал он.

    В этот миг для нее все потеряло значение, за исключением вожделения, охватившего ее.

    - Я хочу тебя! - почти прокричала Табита, обвивая тело Завье ногами.

    Завье со стоном повалился на Табиту. По влажным лоснящимся телам, распростертым на постели, пробежала последняя дрожь. Табита лежала, прислушиваясь к выравнивавшемуся дыханию Завье.

    Могла ли она признаться ему в эту минуту?

    А может быть, он и сам уже все понял?

    Табита не сразу сообразила, что звонит телефон. Ее охватило чувство раздражения на этого неведомого возмутителя спокойствия. Однако, услышав в трубке тонкий бабушкин голосок, она сразу же смягчилась.

    Румянец сошел с ее щек, а костяшки пальцев побелели. Табита что-то пробормотала в телефон, через силу шевеля губами.

    - Твой букмекер?

    Слабая попытка Завье пошутить не вызвала на ее лице и тени улыбки. Завье с изумлением обнаружил, что по щекам Табиты текут слезы.

    Пытаясь взять себя в руки, она зажмурилась, и ее ресницы потонули в слезах.

    - Что случилось? - раздельно и четко произнес Завье. В нем моментально проснулся деловой человек, готовый к решению любой проблемы.

    - Моя бабушка, - начала Табита, - продала дом. Она распродала все имущество и теперь переезжает в интернат для престарелых вместе с человеком, в которого, очевидно, по уши влюбилась. Она собирается выплачивать мне деньги. Ей хотелось сообщить мне об этом до свадьбы.

    - Так, значит, у тебя отпала необходимость в этом браке? - Хриплый голос Завье звучал натянуто. - Ты что, рассказала ей, что наш брак фиктивный?

    - Нет. - Слезы быстрее побежали по щекам Табиты: точное определение их брака лишь разбередило ее рану. - Она хотела нам помочь, думала, молодоженам нужны деньги, чтобы строить новую жизнь...

    - Мы, вообще-то, уже не подростки.

    - Я ей сказала, - кивнула Табита, вытирая слезы краем простыни. - Я сказала, что ей не стоило торопиться, ведь мы бы не умерли с голоду - Что ты хочешь этим сказать?

    - Ну, ты ведь не нуждаешься...

    - Я спрашиваю, почему ты говоришь в сослагательном наклонении: "мы бы не умерли с голоду"? Почему "бы"? Почему не сказать "мы не умрем"?

    - Теперь я могу вернуть тебе деньги, которые задолжала, - всхлипнула Табита, глядя в его озадаченное лицо. - Я же говорю, она продала свой дом. Его зовут Брюс...

    - Да мне плевать, как его зовут! - Только сейчас они оба с абсолютной ясностью начали сознавать, что в действительности произошло. Завье провел ладонью по своим взъерошенным волосам. Его лицо ничем не выдавало овладевшего им беспокойства, лишь желваки задвигались на скулах.