— Очень хорошо. Надеюсь, ты сможешь внять здравому смыслу. — Он развязал ее кисти и смотрел, как она потирает их, чтобы восстановить кровообращение в онемевших пальцах.

Ее руки остались полусогнутыми, болели плечевые суставы, а в пальцах ощущалось жжение. Она потерла челюсть и обнаружила шишку возле «нежного» удара Чарльза. Как можно жить рядом и практически совсем его не знать. Конечно, если быть до конца честной, то надо признаться, что она совершенно не знала ни своих родителей, ни даже Сандерса. Может быть, я видела в них то, что хотела видеть.

Тори встала и медленно подошла к тяжелому столику, куда притягивала ее еда. В эти дни, если ее не тошнило, она постоянно ощущала голод, но сейчас еда была уловкой, чтобы подойти к столу и запастись оружием. Откусывая ломтик ветчины, Тори задумалась, говорить ли Стоддарду о ребенке. Она просто не могла предвидеть, как он на это, отреагирует. Эта новость может и улучшить, и ухудшить дело. Что она может сделать, чтобы убежать отсюда? Мысли роились вихрем в ее голове.

— Когда приедет Эммер Хаузер? — спросила она, прожевав кусочек.

Стоддард сел напротив, следя, чтобы она не дотянулась до ножа, и сам принялся за еду.

— Скоро. Задолго до того, как Рис получит записку в Логове дракона, где ему будет предложено приехать сюда, — ответил он, взвешивая слова и наблюдая за ее реакцией.

Тори отвела глаза в сторону и заставила себя продолжить еду. В отчаянии она отпивала кофе, пытаясь проглотить его, чтобы сохранить спокойствие. Вспомнив пахнущее кислотой тело Хаузера, когда в тот день в парке он притянул ее к себе, она решила рискнуть.

— Ты должен знать кое-что, что может серьезно изменить ваши планы. Папа, весной у меня родится ребенок от Риса, — на мгновение у нее перехватило дыхание, когда его вилка упала на тарелку. — Твой внук или внучка, — умоляюще прошептала она, но выражение яростного ужаса на его лице подсказало ей, что она проиграла.

— Ты хочешь, чтобы я опять вернул тебя этому убийце с большой дороги, сел бы тюрьму и окончательно опозорился только потому, что у тебя появится его отпрыск?

Тори покрепче ухватилась за подлокотники кресла, чтобы не перепрыгнуть через стол и не влепить ему пощечину. «Как мне удрать?» Она больше не думала о безопасности отца или даже его жизни, лишь о своем побеге.

— Чарльз теперь не женится на мне, — холодно заявила она, отвлекая его внимание и в то же время осматривая комнату в поисках какого-либо оружия.

Стоддард хрипло рассмеялся:

— Чтобы получить состояние Дэвиса, Чарльз женится на ведьме, забеременевшей от самого Сатаны. — Он посмотрел ей в лицо, которое стало непроницаемым. — г Боюсь, что мне нужен Чарльз, чтобы держать тебя в узде. Ты оказалась не более послушной, чем твой братец. Я всегда говорил Хедде, что она избаловала мальчишку. С вами обоими слишком много нянчились, — заявил он с горечью.

— Да, думаю, что это так, с твоей точки зрения, — тихо произнесла Тори, глядя на острый кухонный нож, лежавший рядом с тарелкой отца. Он в это время смотрела на огонь в камине, предавшись своим невеселым воспоминаниям. Нет, он легко ее одолеет, прежде чем она схватит этот нож. Как раз в этот момент прогоревшее полено с громким шипением скатилось на каменный пол.

Стоддард поднялся, не забыв взять со стола нож, который он засунул себе за пояс. Она не сдвинулась с места, продолжая отпивать кофе. Кофе! Когда он шел к камину, она посмотрела на тяжелый гранитный кувшин с огненно горячим кофе. Взяв себя в руки, она тихо поставила свою чашку на стол и смотрела, как он нагнулся над пламенем с кочергой в руке, поднимая упавшее тяжелое полено к огню. Не подумав даже о том, что он может свалиться в пламя, она схватила тяжелый кувшин с резной ручкой и ринулась к нему, сняв с кувшина крышку.