Волны накатывали, омывая лодыжки девушки, но она не замечала этого. Мысли хаотично метались в голове в попытках осознать всё произошедшее. Когда проигравшая команда исчезла, первое, о чём Делайла забеспокоилась, было благополучие Лайела. А вовсе не Нолы, как должно было быть.

Боги, что с ней было не так? Что изменилось? Возможно, поцелуй вампира оставил неизгладимое впечатление так глубоко в душе, что теперь она была с ним связана навеки. Лайел завладел ею, словно рабыней, отданной в его полное распоряжение. Сделал её одержимой собой, готовой преклоняться перед ним.

Амазонка вздохнула. Даже награда, которую её команда получила за победу, не смогла уменьшить беспокойства за Лайела.

Менее часа назад круглое, в замысловатом обрамлении зеркало появилось перед ними. Бог не солгал, когда пообещал награду.

— Наслаждайтесь, — прогремел голос. — Вы прекрасно справились, и мы гордимся вами.

Все одновременно уставились в зеркало, но, очевидно, каждый видел что-то своё: кого-то, кто остался в Атлантиде, и за кем сильнее всего скучал.

Делайла увидела Лили.

Хрупкая девушка находилась в лагере амазонок, в безопасности. Однако, она плакала в объятьях королевы. Из-за Делайлы. Обе женщины решили, что они с Нолой погибли. Амазонки оплакивали их, а Лили винила себя в их смерти.

Но как только Делайла потянулась потрясти зеркало в надежде, что Лили и Крейя смогут её увидеть, оно растворилось в воздухе точно так же, как помост с ловушками. Синеволосая амазонка лишь напрасно хрипела от злости и сыпала проклятьями. Как и все её товарищи. Чтобы успокоиться, она постаралась очистить разум, стала медленно дышать, и тихо повторять самой себе, что Лили жива, что с Лили всё хорошо. Пусть она расстроена, но в порядке. Хоть одной тревогой меньше. А потом на неё вдруг накатило болезненное желание ощутить прикосновение рук Лайела, обнимающего её, и воительница ринулась обыскивать остров. Однако, в какую бы сторону Делайла не направлялась, она всегда выходила к одному и тому же месту.

Бесцельные плутания заставляли её мучительно думать об одном и том же. Был ли Лайел всё ещё жив? Или его всё-таки убили?

За спиной послышались шаги, но Делайла не обернулась и никак не подала виду, что заметила непрошенного гостя. По тяжёлой поступи она узнала дракона, а пряный, дышавший обещанием опасности запах сказал ей, что это был Тагарт.

«Может быть, если его игнорировать, он отвалит?»

Дракон плюхнулся на песок рядом с ней.

— Беспокоишься о своём любовничке? — поинтересовался он слегка заплетающимся языком.

«Да уж, не лучшая ночка», — раздражённо подумала девушка.

— Ты пьян!

— Я знаю. И разве это не чудесно?

— Где ты раздобыл вино?

— Каждый дракон обладает магической способностью. Некоторые могут дышать под водой, другие — в мгновение ока перемещаться из одного места в другое. Некоторые могут увидеть того, кто им нужен, где бы тот ни находился, просто произнеся имя этого существа. Ну а я… я умею обращать воду в вино.

Его голос выдавал скрытое смущение и едва заметное отвращение к самому себе. Делайле стало интересно, почему?

— Где твой вампир? — спросил, однако, оборотень, прежде чем Делайла не надавила на него и не вытрясла ещё чего-нибудь. — Умер?

Сердце ёкнуло в груди, когда перед глазами возникло видение неподвижно лежащего Лайела в растекающейся вокруг него луже крови.

— Пошел к Аиду, Тагарт!

Она вскочила на ноги, не желая давать ему никакого преимущества перед собой.