Он оперся на стол и скрестил на груди руки, не переставая методично перемалывать челюстями жвачку. Устремив на Дарби холодный, ничего не выражающий взгляд, он явно пытался ее запугать. Одним людям была присуща такая способность, а другим — нет. Этот парень ею не располагал. У него также не было ни жетона, ни какой-либо карточки с указанием звания или рода занятий.

— Вы на меня так грозно смотрите, — заговорила Дарби, — что я сейчас уписаюсь от страха.

— Вы сломали человеку палец. Этот человек — ваш врач.

Дарби промолчала.

— И вы напали на двух сотрудников ФБР.

Дарби продолжала молчать.

— Парень, которого вы ударили первым, лежит в больнице, — продолжал Колин Фаррелл. — Вы размозжили ему нос и сильно повредили яйца. Они распухли и еще много недель не придут в норму.

Дарби молчала.

Военный снова принялся за свою жвачку, видимо, рассчитывая, что Дарби осознает все значение его слов. Его волосы, пусть и не длинные, частично закрывали уши. Не армейская стрижка. И еще у него была двух-или трехдневная щетина, что также было против правил.

— Второй парень тоже в больнице, — продолжил он. — Вы ударили его в живот. Он упал и ударился головой о стену. Это очень серьезно.

Дарби молчала, разглядывая его гладкие бицепсы. Ни одной татуировки.

— Это все было так необходимо? — наконец поинтересовался он.

— Все драки включают в себя использование гравитации и оружия.

— И что это должно означать?

— Драться всегда надо в полную силу и исходить из того, что твой противник вооружен. Именно поэтому его следует бить так, чтобы он не встал.

— Парни, которых вы избили, агенты ФБР, — повторил он.

— Бостонский офис?

Он покачал головой.

— Вашингтон. Эта выходка вам обойдется недешево. Вам светит обвинение в нападении при отягчающих обстоятельствах.

— Ничего подобного. Ничего мне за это не будет.

Еще одна драматическая пауза. Энергичное жевание. Дарби хотелось поскорее покончить с этим фарсом и заставить собеседника перейти к делу. Но она молчала и выжидала.

Он перестал жевать и одарил ее улыбкой политика.

— Я объяснил этим джентльменам, что у вас сломаны ребра, поэтому вы принимаете много обезболивающих. Вас одолевала непреодолимая иррациональная тревога, вызванная одиночеством. Это совершенно нормальная реакция человека, надолго заточенного в изоляторе. Я также сказал им, что у вас ПМС и все такое.

— Грамотный ход, — кивнула она.

— Спасибо. Другими словами, я убедил их, что разбалансированное состояние и привело к тому, что вы внезапно превратились в Рэмбо. К тому же — и тут вам очень повезло! — я напомнил вашим жертвам, что они не представились как агенты ФБР. Если бы они успели это сделать, вы оказались бы по уши в дерьме.

Дарби молчала.

— Пришли результаты анализов, — продолжал он. — Вы здоровы.

— Радостно это осознавать, поскольку ворвавшиеся в мою палату агенты забыли облачиться в ОЗК. Кстати, ради чего они проделали долгий путь из Вашингтона?

— Они приехали уточнить кое-какие детали вашего заявления.

— Теперь всех агентов ФБР вооружают пистолетами, стреляющими транквилизатором?

Он покачал головой.

— Они одолжили их у нас. Кстати, меня зовут Билли Фитцджеральд.

— И что вы здесь делаете, Билли?

— Полагаю, меня можно назвать непосредственным начальником. Я командую парадом во время отлучек Глика. Но чаще я исполняю обязанности канцелярской крысы.