— Этих неженок? — присвистнул Степняк, — Во дела!

— Не перебивай старшего! — Мех отвесил казаху лёгкую затрещину. Впрочем, это в его понимании она была «лёгкой». А на деле тот едва не свалился со скамьи, в последний момент успев ухватиться за моё плечо.

— Кроме нас и «зелёных» туда же отправят и группу «красных».

— Ты шутишь? — удивился я, но авторитет только покачал головой.

— Какие уж тут шутки. Сам удивился, когда узнал. Никогда не слышал, чтобы их брали в качестве подопытных на такие мероприятия. Бывало, отправляли к потрошителям, но оттуда вроде как никто и не возвращался обратно. Но чтобы пускать этих психов в виртуал вместе с другими людьми — такое на моей памяти происходит впервые.

— Занятно…

— Вот и я так подумал. Ладно, языками чесать будем после. Раз все согласны — я перетру это с начальником охраны. Вы двое можете идти, а ты, Сокол, задержись на пару минут, есть ещё одна тема.

Барон и Степняк отошли, а Мех, глядя в сторону, сказал:

— Мурлок мне рассказал, что ты в последнее время больше молчишь. Но при этом увлёкся географией.

— Есть такое, — нахмурился я. Не люблю, когда мне перемывают косточки за спиной. Если бы это сделал кто-то другой — ему бы сильно не поздоровилось. Но Мурлока я уважал, и более того — мы с ним до сих пор оставались сокамерниками и, если можно так сказать, приятелями. Так что он был одним из немногих, кто мог обсудить меня, не боясь за дальнейшую участь своего лица, — Вспоминаю места, в которых бывал. Без нейрочипа воспоминания… Теряют краски, так что я стараюсь восстанавливать в памяти то, что можно.

— Знакомая тема, — авторитет постучал пальцем чуть дальше виска. Там, где находился слот под биопроцессор, — Я тут уже тринадцать лет сижу. Когда посадили, дочери было всего четыре года. Сейчас-то она, понятно, уже выросла, но… Я даже её лица толком не могу вспомнить. Как в тумане. Просил бывшую жену прислать хоть одно фото, но она даже мои малявы не читала…

— Мне жаль, — сказал я, совершенно не зная, как реагировать на такое откровение.

— У тебя на воле тоже есть близкие, верно? Кто, напомни?

— Есть. Сестра и… девушка. Правда не уверен, что она вспоминает обо мне. Семь лет прошло. Наверное, она уже давно замужем. Ты же помнишь, я отправлял ей несколько писем, но они так и не дошли.

— Да, точно. Красивая?

— Очень, — я непроизвольно улыбнулся, вспоминая Кристину.

— Знаешь, — авторитет хрустнул костяшками пальцев, — когда так долго находишься вдали от дома, от семьи, да ещё и не по своей воле — теряешь всякую надежду увидеть их снова. И в какой-то момент готов на всё, лишь бы ещё раз взглянуть на родное лицо. Обнять жену, поцеловать дочь…

Слышать такое от всегда мрачного и серьёзного Меха было непривычно, и я посмотрел на него. Хотел определить, откуда в здоровяке взялась такая перемена настроения. Удивительно, но несмотря на довольно грустные слова, в глазах нашего «председателя» плясали весёлые искры.

Он смотрел прямо перед собой, и я сначала не понял, что меня смущает. Лишь через несколько секунд обратил внимание — обычно неподвижный Мех водил носком ботинка по гравию под ногами. Бросив туда взгляд, я увидел криво нацарапанное слово «Уйти» с недорисованным вопросительным знаком.

— Тебе сидеть ещё семнадцать лет, Мех. Думаешь, что получится встретиться с дочерью? — я решил катнуть пробный шар.

Авторитет слабо улыбнулся.

— Уверен, что сделаю для этого всё, что от меня зависит. Как уверен в том, что и ты увидишь своих.