Двадцать лет… Господи, целых двадцать лет! Да ещё и пять раз! Я не представлял, как можно выдержать такое наказание (которое лучше было бы назвать «издевательством»), но одно знал наверняка — вскоре мне на собственной шкуре доведётся узнать это. И чем ближе подбирался срок погружения в анабиоз — тем более замкнутым я становился. Мне не хотелось есть, спать, читать, говорить, гулять или играть в футбол дважды в неделю (хотя такая возможность имелась — это входило в «оптовый закуп»). Не хотелось абсолютно ничего, и на пару месяцев я провалился в молчаливую депрессию.

До тех пор, пока за неделю до погружения в виртуал меня не вызвал Мех.

* * *

Авторитет ждал меня в одном из углов двора, на трибунах перед футбольным полем. Неофициально эта часть территории принадлежала нашей банде, так что во время прогулок лишних людей здесь никогда не было.

— Привет, Мех, — поздоровался я, подходя ближе, — Мурлок сказал, что ты хотел о чём-то поговорить?

— Здравствуй, Сокол. Да, есть разговор. Садись.

Меня не нужно было просить дважды. Заняв свободное место между двумя другими Патриотами — Бароном и Степняком, я вопросительно посмотрел на председателя нашего «клуба».

— Как думаешь, зачем он нас собрал? — шепнул казах, но я легонько ткнул его локтём меж рёбер, чтобы он заткнулся.

— Для вас троих есть предложение, — без предисловий начал Мех. Он не любил долгих расшаркиваний, и всегда предпочитал начинать с главного, — У тебя, Сокол, и у тебя, Степняк, через неделю первая ходка в виртуал. У Барона и у меня — уже вторая. Есть маза о договоре с яйцеголовыми.

— О чём речь? — тут же заинтересовался обычно немногословный Барон.

— О сокращении срока. Начальство маякнуло, что учёным требуются несколько добровольцев с боевым опытом. У нас таких ребят хватает, но там сразу обозначили, что опыт должен быть… Разнообразный. Из всех наших кроме меня и ещё нескольких человек под такое определение попадаете только вы трое.

— В мозги полезут? — высказал предположение Степняк.

— Типа того, — поморщился Мех, — Говорят, корпы что-то тестируют, и для этих тестов им нужны опытные бойцы. Никаких лекарств, или установки пробных имплантов. Как я понял, нас хотят закинуть в какой-то особенный виртуал.

— Детали неизвестны?

— Нет, всё расскажут только тогда, когда мы окажемся там, — авторитет пожал плечами, — Это не будут одиночки или проекция тюрьмы. Скорее — что-то типа виртуального полигона. Нам предложили сократить срок виртуала на пятнадцать лет, если согласимся и пройдём все тесты.

— Я в деле.

— Я тоже.

Парни посмотрели на меня, ожидая ответа.

— Тебе что-то не нравится? — удивился Мех.

— Нет, всё нормально, я тоже в деле.

— Ты замялся.

— Просто не ожидал, что ты предложишь такое мне.

— Радуйся, — усмехнулся здоровяк, — Фактически, у тебя одного есть опыт ведения боя против ИИ. Это был один из главных критериев, — пояснил он, поймав мой удивлённый взгляд.

— Значит, поэтому ты решил, что нас отправят на виртуальный полигон?

— Да. Это явно лучше, чем сходить с ума в изоляторах, верно?

— Согласен.

— Сразу поясню — кроме нас там будут и другие группы. Одна из нациков, — Мех вздохнул, — Одна из зелёных…

— Этих неженок? — присвистнул Степняк, — Во дела!

— Не перебивай старшего! — Мех отвесил казаху лёгкую затрещину.