– Она очень набожная, мэм, – сказала ее служанка.

– На строительство часовни требуются огромные средства, – сказала Ханна Джоунс и расправила складки на своей шали. – Гораздо больше, чем мы думали. И потом, мы вовсе не собирались делать все только своими силами. Но если вам, мэм, не нравится, как мы поем наши псалмы…

– Ну что вы! – прервав ее, воскликнула миссис Лерри. – Совсем наоборот. Мы с Мартой Джейн почти каждое воскресенье поем их. А иногда и по будням тоже.

Она заметила, что ее служанка нахмурилась.

– Да я вам просто завидую, – положив руку на колено Ханны Джоунс, продолжила миссис Лерри. – Когда я слышу, как вы поете псалмы, то замираю. Но вы же меня петь их не приглашаете…

– Мэм, правильнее было бы сказать не «замираю», а «на меня снисходит Божья благодать», – заметила Марта Джейн.

– Давай не будем об этом спорить. Ну хорошо, Ханна, если вам нужна моя помощь, то я пожертвую на строительство часовни столько, сколько смогу.

– О, мэм, спасибо. Огромное вам спасибо.

Миссис Лерри поднялась.

– Марта Джейн, а твой попугай мог бы подпевать нам «аллилуйя».

– Хорошо, мэм, я попробую его этому научить, – ответила служанка. – О, этот день я запомню на всю жизнь.

– Ханна, через пару дней я к вам загляну, – сказала миссис Лерри и направилась к двери.

– Миссис Лерри, я еще хотела вас спросить о шахте, – окликнула ее Ханна.

– О шахте? – переспросила миссис Лерри. – Но я, Ханна, к ней никакого отношения не имею. По этому вопросу вам следовало бы обратиться к одному из моих внуков. Теперь, когда полковника…

Спазм сдавил ей горло, и она замолкла.

– Простите, что я невольно напомнила вам о том трагическом для всех нас дне, – сказала Ханна. – Но нас, жен шахтеров, волнует судьба шахты. Зачем тогда строить часовню, если мистер Гетин закроет шахту?

Сара обвела взглядом лица трех женщин и увидела, что Марта Джейн пристально смотрит на свою хозяйку, а добрейшая Ханна Джоунс скорбно поджала губы. Она понимала, что ответ на этот вопрос мог дать только ее жених. Если Гетин намерен закрыть шахту, неужели он не понимает, что станет с рабочими? – подумала она.

– Ханна, – прервал ее мысли голос миссис Лерри, – никто из моих родственников не поступал жестоко ни со своими рабочими, ни с арендаторами. Я не могу обещать, что шахту не закроют, но заверяю вас: если такое случится, то со всеми вами обойдутся справедливо.

Ханна, улыбнувшись, присела в реверансе, но глаза ее так и остались печальными.

– Сара, – проходя по холлу, сказала миссис Лерри, – садовник сказал, будто клубника, что посажена у южной стены, уже созрела. Может быть, вы соберете ее нам на десерт?

Чуть позже, надев соломенную шляпку и муслиновое платье, в котором она была на пикнике, с корзинкой в руке Сара открыла чугунную калитку, ведущую в сад. Там росли сливовые, грушевые и нектариновые деревья, защищенные от холодных ветров стенами, а на расположенных в строгом геометрическом порядке грядках зрели овощи и ягоды. Ей, выросшей в большом городе, все здесь было в диковинку. Поставив корзинку на землю, Сара опустилась на колени и стала собирать ягоды.

Услышав, как скрипнула калитка, она повернула голову и увидела шедшего по проходу между грядок с овощами Кранога. Сидевшей на корточках Саре он показался очень высоким.

– Эта шляпка вам очень идет, – подойдя к Саре, улыбаясь, сказал Краног. – Между прочим, сразу видно, что вы лакомились клубникой.