– Похоже, с тех пор мало что изменилось, – с горечью произнесла Сара. – Слуги Гвиннов говорили мне, что хозяева и их сыновья часто соблазняют служанок, а затем, когда те оказываются в интересном положении, бросают их.

– Сара! Вы несправедливы к своему отцу. Когда он говорил, что любил вашу мать, то говорил правду. Вы видели его мать. Когда это с ним произошло, она очень страдала, но ничего поделать не могла. Как большинство жен, она была вынуждена подчиниться воле своего супруга и остальным членам семьи. Да, так происходит не всегда. Но не забывайте, что он к тому времени уже был помолвлен.

– Но я все же считаю, что если он любил маму, то должен был на ней жениться. Даже если бы от него отвернулась вся родня.

– А может быть, ваша мама не захотела выходить за него замуж?

– Не захотела?

– Думаю, так оно и было. Она просто решила избежать скандала или не захотела больше прислуживать Гвиннам и уехала. Джон не старший сын в семье, но их огромный дом со временем мог бы перейти к нему. Сейчас он – лорд-наместник своего округа и мировой судья…

Сара вспомнила, какой застенчивой была ее мать и как предана она была своим хозяевам.

– Не забывайте также, что старший мистер Гвинн делал для вашей матери все, что мог, и в том, что вы бедствовали, не его вина. И не вашего отца тоже. Я вам сейчас расскажу, с какой целью Джон сюда приехал. Он хотел сообщить, что намерен регулярно пересылать вам деньги и обеспечить приданым.

– Мне от него ничего не надо.

– Думаю, вы позволите ему это сделать. Со временем вы все поймете и простите его. Ради своей покойной мамы, не делайте ему больно. Ведь она же любила его!

– А они никогда больше не виделись? Он же должен был наведываться в их лондонский дом.

– Не могу сказать. Если и приезжал, то очень редко. Часто не позволила бы его мать. Джон служил в армии, долгое время жил за границей, а после женитьбы переехал в Северный Уэльс.

– И у него никогда не возникало желания увидеть меня, свою дочь.

– Этого я вам сказать не могу. Возможно, он пытался сделать это так, чтобы вы его не видели. Возможно, что он и с мамой вашей виделся. Иногда.

Сара коснулась ладонью своего лба.

– Я растеряна, – сказала она. – Мне так трудно свыкнуться с мыслью, что у меня появился отец. Пойду поброжу и обо всем подумаю.

Когда Сара вышла из дома, солнце, золотившее поля кукурузы, светило над озером и готовилось опуститься за серые горы. Она шла быстро и скоро оказалась на склоне, поросшем вереском. Прямо перед ней, журча по покрытому зеленым мхом галечнику бежал ручей. От легкого порыва ветра по его глади пошла рябь, пригнулась на берегу трава и зашелестел листвою кустарник. Сара плотнее укуталась в накидку и попыталась представить себе влюбленную пару – мать, молодую и красивую, и отца, высокого и тоже красивого. Но у нее так ничего и не получилось.

Сара вспомнила все, что сказала ей миссис Лерри, и постаралась размышлять логически. Неожиданно она осознала, что Мэри Гвинн ее двоюродная сестра. С каким бы уважением отнеслась к ней Клаудия, если бы знала, кто ее отец! – подумала Сара, но тут же усмехнулась – ведь она была незаконнорожденной дочерью мистера Джона Гвинна. Ну разве можно ему это простить?

Погруженная в свои мысли и терзаемая противоречивыми чувствами Сара брела по берегу озера в сторону гор. Она думала о Гетине. Женится ли он на ней, когда узнает историю ее рождения? Может, будет лучше, если она вернется в Лондон и найдет себе работу? Единственный человек, который искренне любил ее, была мать. А здесь она всем чужая и никогда уже не станет своей.

И вдруг ее что-то остановило. Сара не сразу осознала, что споткнулась о старую покосившуюся ограду, а прямо под ней огромным черным пятном темнеет шурф шахты.