Он спрыгнул с коня и, не выпуская из руки поводья, похлопал ладонью испугавшееся животное по холке. Затем Краног посмотрел на Сару.

– Вам здесь не место, – резко сказал он и снова повернулся к толпе. – Ну, я вас готов выслушать.

Ответом ему было недовольное бурчание.

– Ты знаешь, чем мы недовольны, – раздался голос Дика Дерина. – Ты…

– Ты не шахтер, – оборвал его Краног. – Так что молчи. Если же тем, кто работает на шахте, есть что мне сказать, я слушаю.

– Ходят разговоры о строительстве узкоколейки, – послышался молодой голос. – Если ее построят, то мы, перевозчики руды, останемся без работы. Поэтому этой дороги мы не хотим.

– Наши жены боятся, что строительные рабочие будут к ним приставать, – раздался другой голос, но постарше. – Кроме того, дорога пройдет рядом с нашими домами, и под колесами паровоза будут гибнуть дети.

– Это все чужаки, вроде этого лондонца…

Краног, требуя тишины, поднял руку.

– Начну с того, что окончательного решения о строительстве узкоколейки еще не принято. Хотя вы правы, разговор о ней действительно шел. Если она будет построена, то мы сделаем все, чтобы обеспечить вас новой работой. Возможно, мы откроем еще одну шахту.

– Да это все одни слова! – выкрикнул молодой шахтер.

– Правильно, – поддержал его Дик Дерин. – Эти богачи щедры на обещания.

Толпа возмущенных людей двинулась на Кранога, и его конь вновь поднялся на дыбы. Сара пришла в ужас – ведь конь мог кого-то подмять под себя.

– Если не отойдете на безопасное расстояние, на вашей совести будут жертвы! – крикнул Краног.

Толпа вновь отступила назад.

– Не думал, что те, кто от меня и членов нашей семьи видел только хорошее, пойдут на поводу у такого, как Дик Дерин, – продолжил Краног. – Он же пришел, чтобы посеять на шахте смуту. Что он предложит вам, если вы выступите против железной дороги? Ровным счетом ничего! Я же обещаю вам, что если решение о строительстве, которое не принесет вам вреда, будет принято, то вы сразу же о нем узнаете. Вас это устраивает?

Его слова и командный тон, которым они были произнесены, подействовали на бунтарей.

– Он прав, – тихо произнес стоявший рядом с Сарой пожилой шахтер. – Ему можно верить.

Толпа загудела и расступилась, пропуская вперед Дика Дерина. Он шел, нагло улыбаясь, и постукивал по ладони толстой палкой. Остановившись около головы коня, подстрекатель взмахнул палкой. Животное испуганно заржало и поднялось на дыбы. В толпе возникла паника. Кто-то из шахтеров бросился бежать и нечаянно толкнул Сару. Падая, девушка увидела над собой передние ноги коня и пронзительно закричала.

Когда она очнулась, то первое, что почувствовала, была боль в пальцах обеих рук. Перед ее глазами все плыло. Затем откуда-то издалека до нее донесся голос Кранога:

– …и едва сумели избежать гибели девушки… Неужели вы не поняли, как глупо верить этому человеку? А сейчас расходитесь по домам. Через несколько дней я соберу вас, и мы вместе обсудим ваши проблемы.

Сара услышала, как под ногами бормотавших что-то шахтеров зашелестел гравий. Пламя факелов в их руках перед ее глазами стало постепенно превращаться в маленькие огненные точки.

У Сары болела голова и шея. Она увидела над собой зажженную лампу, а затем и присевшего возле нее Кранога. Небольшая группа людей стояла чуть поодаль от него.

– Ну как вы? – с тревогой в голосе спросил Краног.