— Так он пустой же, толку то…

— А ты попробуй. — улыбнулся Юрий, и взяв звезду у него из рук, прицепил на китель.

— Чувствуешь? — снова улыбнулся он.

Действительно, после того как звезда заняла свое место, даже дышать как-то легче стало — оценил свое состояние князь.

— Так это что, артефакт?

— Типа того. Орден защищает своего владельца от проклятий и прочей ерунды. Обычно награждаемые им люди постоянно находятся в центре внимания, поэтому это вынужденная мера, и практикуется лет уже триста если не больше.

— Ну хорошо. — тогда пойдем, проверим обнову, — Алекс погладил приятный на ощупь металл, и шагнул к двери.

Снова князь, и ещё одна смерть

Выйдя на публику, Алекс довольно кивнул Бельскому, — чужого влияния не чувствовалось абсолютно, орден вполне справлялся с сильнейшим потоком зависти и злости.

«Ну да», — думал он, — «сейчас как раз и пригодится защита». — на трибуне во всю шло награждение гражданских чинов. Кого жаловали орденами и медалями, кого грамотами на получение земель, кого титулами, а кого и тем и другим. Вот и Алекс должен был прямо сейчас стать князем и получить некий надел, на котором вскоре найдутся алмазы.

— Высочайшим указом Императора Всероссийского, — чеканил слова глашатай, — графу Камневу Максиму Николаевичу, за выдающиеся заслуги перед отечеством, жалован наследный титул — светлейший князь!

Вновь двигаясь к трибуне, Алекс чётко осознал что не будь ордена пришлось бы закрываться дополнительно. Одно дело когда глазят обычные люди — хотя тоже ничего хорошего, и совсем другое когда сглаз приходит от одарённого. А здесь похоже таких как минимум половина.

— Благодарю вас Ваше Высочество. — поклонился Алекс, принимая жалованную Алексеем грамоту. — Я не подведу. — ещё раз поклонился он.

— Нисколько не сомневаюсь в этом. — ответил Император, и тоже чуть склонившись — так что это не укрылось от всевидящей толпы, тихонько шепнул, — надо бы отметить…

— Как скажете Ваше Величество…

Потом, когда официальная часть приёма подошла к концу и объявили танцы, Алекс, уже будучи полноправным князем, пригласил Анну. И она, чем нимало его удивила, согласилась. Причем весь танец они весело проболтали, и когда её пригласил какой-то дородный барон, девушка явно расстроилась.

«Вот как понять женщину?» — глядя на вальсирующих, размышлял Алекс.

Она, Анна, кидаясь как кошка поначалу, — слова не давала сказать не нарвавшись в ответ на колкость, затем, при «экспресс-помолвке» почти не сопротивлялась, хотя могла бы. Потом снова кошка бешеная, и вдруг само очарование… Как так? Может у неё шизофрения? А что, весьма похоже…

Или она что-то задумала. И повод есть. — Мужа убил, ее разорил, да еще глумится. — Шекспир нервно курит в сторонке.

И ведь не скажешь… Вон ведь, что ни взгляд — то страсти всплеск, а улыбкой так и манит… А потом р-раз! И нож в спину! Но с ним то этот номер не пройдет… Не пройдет ведь?

Решено. Спать только с охранным заклятьем. Хотя он без него и не ложится никогда. А если отравит? — тоже нет. Яды Алекс за версту чует. Не выйдет… Что еще остаётся? А вот что — затаиться и ждать удобного момента.

Интересно даже. Дойдя в своих размышлениях до ядов Алекс понял что привлекло его в этой женщине, не красота, нет, и не какие-то непонятные качества.