— Значит, ты действительно покупаешь его! — В радостном порыве она потянулась и от счастья чмокнула его в щеку.

— Ого! За это стоило выложить два миллиона долларов! — экстравагантно сообщил он.

Ее глаза подозрительно сузились.

— Ты ведь делаешь это не для того, чтобы произвести на меня впечатление?

Он удрученно улыбнулся.

— Я бы хотел сказать «да», но это была бы неправда. Это слишком большая сумма, чтобы производить впечатление на кого бы то ни было. Я его покупаю, чтобы доставить удовольствие себе. Однако если ты ненароком упадешь в мои объятия, то я буду считать это желанной дополнительной прибылью.

Робин, краснея, откинулась на спинку. Она не знала, что ее больше взволновало: новость о Броган-Хаусе или его легко высказанное, непритязательное желание обладать ею. Его предложение упасть в его объятия было подано так просто, что, казалось, было бы неразумным поступить иначе. Но последует ли она этому предложению? Робин чувствовала, что все больше склонялась к нему. У нее был целый десяток доводов отклонить его посягательства на следующую ночь, но сейчас она не могла вспомнить ни одного из них. Судьба давала ей второй шанс с этим мужчиной, и только глупец сказал бы дважды «нет».

Они остановились перед красным светом. Несмотря на включенный кондиционер, через окно чувствовалось жаркое дыхание солнца, и Робин стала закатывать рукава.

Внезапно Стюарт схватил ее за кисть.

— Боже мой! Что случилось?

Робин ошеломил гнев в его голосе. Она не сразу догадалась, о чем идет речь. Несколько бледных фиолетовых пятен от пальцев на предплечье — подарок Тони.

— Ну? — настаивал он.

Она постаралась смягчить ответ:

— У меня было свидание с парнем, который думал, что он Мохаммед Али, но ко второму раунду он был в ауте. Вот и все.

Стюарт не шутил.

— Вот и все! — почти выкрикнул он. — Какая обезьяна сделала тебе это? Кто он?

В его голосе отчетливо слышалась угроза.

— Ну это же не твое дело, правда? — вполголоса произнесла она.

— Мое. Такой маньяк — по-настоящему мужское дело. Не могу поверить, что ты защищаешь того, кто унизил тебя!

Робин не понравились все прозвучавшие выводы.

— Он меня не унизил! Послушай, я уже взрослая женщина, Стюарт, и сама могу справиться в трудной ситуации. Как видишь, я жива и здорова.

— Жива, но вряд ли здорова. — Стюарт повернул кисть ее руки, чтобы посмотреть отпечатки. — Кто это был?

Робин попробовала выдернуть руку, но Стюарт ей этого не позволил. Зажегся зеленый, и сзади них раздался клаксон машины.

— Тебе лучше поехать, — сказала она, стараясь придать властность своему голосу.

— Ты не сказала, кто тебе это сделал!

— Стюарт, пожалуйста! Ты делаешь мне больно!

Сзади них снова послышался автомобильный гудок. Стюарт, отпустив запястье, тронул машину с места.

— Извини, — пробормотал он.

Робин стала перебирать в памяти причины, по которым он ей не нравился. Он был дерзок, непредсказуем и относился к ней странно собственнически для человека, который знал ее всего несколько часов. Кроме того, чувство грубого мужского протекционизма не было среди качеств, которыми она восхищалась, а от насилия она страдала. Робин закипела от злости, встревожившись, что при этом он может оказывать на нее влияние.

Переключая скорость, Стюарт глубоко вздохнул.

— Извини. — Голос его снова стал спокойным. — Действительно, не мое дело совать нос в твою жизнь.

В слове «жизнь» она услышала горечь.