— Что произошло? — встревоженно спросил он. — Ты покалечился?!

Рори покачал головой. Давясь слезами и сопя, он вытер мокрые щеки. Мальчик пытался выговорить хоть слово, но при каждой попытке снова и снова заливался слезами.

Стефен еще никогда не видел, как плачет сын, и не знал, как его успокоить. Он мягко встряхнул Рори:

— Ну, хорошо, дружище. Не может быть, чтобы все было так плохо. Расскажи, что произошло.

— Анна… Анна…

— Анна?! — Стефен сжал плечи Рори. — Что с ней?! Говори, ну!

К Рори вернулся голос.

— Она… — Худые плечи затряслись. — Этот матрос… Ну тот, что испортил ей еду… Он хотел… хотел навредить ей, и она его убила…

— Убила?!

— Заколола его ножом… Ах, папа, они ее повесят!

Стефен ошеломленно и молча смотрел в лицо Рори. «Убила его! Она убила, эту дрянь?! Господи помилуй, — думал он, — я должен был догадаться, что ублюдок еще к ней заявится. Один раз взглянув на эту девушку, мне следовало бы это понять.„»'

— Где она сейчас?

— В тюремной камере… В цепях!

— Иисусе Христе! — Стефен топнул и сильно ударил кулаком по ладони. «Они, видно, всю ночь с нее не сходили!» Он провел ладонью по волосам, быстро натянул рубашку. Позабыв о галстуке, надел пиджак.

Рори блеснул глазами:

— Ты ей поможешь, папа?! Не дашь ей умереть?! Стефен взял мальчика за подбородок:

— Не думай о плохом, юный Флин. Я уже иду повидать капитана. Ну, так как насчет улыбки для старого отца?

Губы Рори задрожали, а Стефен подумал: «Анна Мэси, если вас повесят, мой мальчик никогда мне этого не простит. А что касается меня…» Он припомнил ее благодарную улыбку, мечты, которые она так и не претворила в жизнь, и сердце его забилось неровно. Он нежно провел рукой по голове мальчика и вышел из каюты.

Капитан Блоджет сидел за роскошным столом, в расстегнутом кителе, атакуя тарелку с яйцами и ветчиной. Он с удовольствием глотнул кофе и указал Стефену на кресло.

— Мистер Флин! Чем могу вам быть полезен в это чудесное утро?

Стефен чувствовал себя как натянутая струна. Но будь он проклят, если капитан это заметит. Он медленно сел в кресло и вытянул перед собой длинные ноги.

— Я слышал, у вас в тюремной камере женщина?

— Как быстро все становится известным! — Капитан взмахнул салфеткой и, вытерев подбородок, с сожалением взглянул на недоеденную еду.

— Пожалуйста, — попросил Стефен, — не прерывайте из-за меня свой завтрак!

— Ах, вы очень добры! — Блоджет подвинул поспешно тарелку и забросил половинку яйца в рот. — Она убила матроса, — объяснил он с набитым ртом. — Заколола его… Кровавая каша! Заставила команду полночи скрести палубу!

— Самозащита, без сомнения.

Блоджет прижал салфетку к губам и самодовольно хохотнул.

— Я не законник, мистер Флин. Факты говорят сами за себя — мужчина мертв, а женщина его заколола. По мне, все выглядит как убийство. Ясно и просто!

— Черт возьми, Блоджет! Вы отлично знаете, что женщина, путешествующая в одиночестве четвертым классом, не бывает в безопасности. Вы набрали команду подонков и каторжников. Никакой другой порт, кроме Ливерпуля, не дает столько мусора…

Капитан нахмурился:

— Похоже на правду. Никогда не видывал худшей массы моряков, чем на линии Ливерпуль — Нью-Йорк.