— Лучше держать его под крышей, мисс Ван Скай. Холод и сырость не пойдут ему на пользу.

— Отвезем его к Салли Катберт, — предложил Слоун. Нерида хмуро обернулась, и он пояснил: — У нее пансион на Уиллоу-стрит. Там чисто и кормят вкусно.

Нерида посмотрела на деда, забывшегося беспокойным сном. Его грудь медленно вздымалась и опадала, ребра проступили наружу. Снова на ее плечи ложилась ответственность. Во второй раз за год. Что ж, зато отныне она будет сама себе хозяйкой.

— Об этом и говорить нечего, — безапелляционно заявила девушка. — Гостиница мне не по карману. Сойдет и фургон.

Она погладила деда по руке. Необходимость ухаживать за ним не напугала, а разозлила ее, Нерида потрясла головой, отгоняя недобрые мысли, и решительно направилась к двери.

— Подожди минутку, — окликнул ее начальник полиции. — Этот человек арестован. Он никуда не пойдет. И ты тоже.

— Я вам не какая-нибудь подыхающая с голоду дворняжка! — фыркнула Нерида. — Сама могу о себе позаботиться!

Если она рассчитывала застать Слоуна врасплох, то ошиблась; порох у него оставался сухим.

— Так же, как вчера вечером? — укоризненно спросил он. — Только не в Кокерс-Гроуве, если не хочешь угодить за решетку.

— Ну и пусть. По крайней мере, будет время позаботиться о дедушке!

— Как же ты о нем позаботишься, если будешь сидеть в другой камере?

Тут она наконец умолкла. Слоун воспользовался этим, чтобы дать несколько указаний Бейли.

— Док, готовьте мистера Ван Ская к перевозке. Я подгоню фургон, и мы с Бобом доставим больного к Салли Катберт.

— Это мой фургон, мистер Макдонох, — вмешалась Нерида. Она никому не позволит командовать собой! — И дед тоже мой.

— Зато он мой арестант. А фургон я конфискую как вещественное доказательство. Так что делай что велят.

Она побледнела от злости. Ужасно хотелось врезать этому наглому полицейскому в небритую челюсть, но она сдержалась.

Слоун знал, что девчонка смирилась ненадолго, но был рад и этому. Он заговорил отеческим тоном.

— Давай не будем мешать доктору. Кепплер, наверно, уже отдышался. Пойдем домой, а его пошлем сюда.

Нерида промолчала. И на том спасибо. Он совсем забыл, что разговаривает с маленькой. Такие доводы годились лишь для взрослых. Ишь, чуть не плачет…

— Пошли, — произнес он, беря девочку за руку, — Фосдик уже открыл свою лавку. Купим всего, что нужно для хорошего завтрака. Не знаю как ты, а я готов съесть мула твоего дедушки!

Оставалось лишь подчиниться. Зайдя в лавку, Слоун велел Фосдику записать все купленное на счет. Лавочник сложил руки на обширном брюхе, недовольно покачал головой, но все же вручил девочке плетеную корзинку для покупок. Убедившись, что все в порядке, Слоун оставил Нериду одну и вышел на улицу. Надо было найти фургон и мулов.

Пожалуй, следовало сначала зайти домой, отпустить Кепплера и заодно обуться, ну да Бог с ним… Стояло чудесное майское утро, и ноги сами собой понесли Слоуна по главной улице. Где-то в ее конце маялись стреноженные мулы.

Кто-то подбросил им охапку сена, но когда Слоун освободил их от пут, бедняги потащили фургон к поилке Умные животные хорошо слушались узды. Пока мулы шли, Слоун привычной рукой ощупал их. Они были тощими, но не выглядели заморышами. Похоже, Нортон Ван Скай заботился о них лучше, чем о самом себе и внучке.

Надо было бы взглянуть на содержимое фургона, но Слоун махнул рукой, забрался на облучок, подождал, пока мулы напьются, и не торопясь поехал к участку.

— Куда тебе столько? — презрительно спросил Генри Фосдик, глядя на заваленный продуктами прилавок.