Что касается Майка, то он по-отечески следил за тем, как мальчики наперегонки старались услужить ей, и нисколько не возражал против этого, даже радовался.

— Вода холодная! — воскликнула Эбби, в третий раз нырнув в ледяной океан.

Она быстро растерлась полотенцем, которое ей бросил Майк.

— Надень это.

Майк подал ей теплый белый свитер.

— По-моему, нам надо отвезти Эбби домой, Майк, — заметил Тодд, видя, как она дрожит. — Не думаю, что она успела привыкнуть к нашему климату.

— Все со мной будет хорошо, — возразила Эбби, хотя зубы ее выбивали чечетку.

— Конечно. — Майк полез в плетеную корзинку и извлек серебряную фляжку. — Вот, выпей это. — Он подал ей фляжку и, когда Эбби отказалась, велел Тодду принять на себя управление катером.

Подойдя к Эбби, Майк заставил ее глотнуть бренди. Казалось, что спиртное обожгло ей все внутри, но зато по телу разлилась приятная теплота.

— Как это бренди, ужасное на вкус, может быть столь живительно? — удивилась Эбби.

— Ну что, согрелась теперь? — спросил Майк и, не дожидаясь ее ответа, таинственно заметил: — Но я мог бы согреть тебя и своим еще более эффективным способом.

Особенная дрожь, которая пронизала Эбби, когда она услышала эти слова Майка, не имела ничего общего с той, которая исходила от холодного ветра и мокрого купальника.

— Как я рад, что ты поехала с нами, Эбби, — сказал Майк, садясь рядом с ней.

— И я рада, — прошептала она, кладя голову ему на плечо.

«Ну вот мы и продвигаемся вперед», — подумал Майк, гладя ее волосы. Теперь она не была такой ершистой, а в глазах ее больше не появлялось выражения затравленности, которое огорчало его когда-то. Майк не ожидал большего. Пока он довольствовался тем, что она не оттолкнула его и была рядом.

Когда Майк привез Эбби домой, была уже почти полночь. Они стояли на площадке, желая друг другу спокойного сна. Дверь в ее квартиру была приоткрыта, но Майк не делал ни малейшей попытки войти внутрь.

— Я заеду за тобой в полдень, — сказал он, целуя ее.

Эбби смутилась. Она не помнила, чтобы они договаривались о свидании.

— Я повезу тебя на пикник, — сказал Майк, проведя рукой по ее спине, отчего по ее коже поползли уже привычные мурашки.

Мысли Эбби сосредоточились только на ощущениях, вызванных ласковыми прикосновениями Майка, поэтому слова заменил кивок согласия.

— Отлично. — Он прижал ее к себе, а после — медленно, очень медленно наклонился, чтобы вновь сомкнулись их губы.

У Эбби опять перехватило дыхание. Голова закружилась, и чем страстнее становились его поцелуи, тем сильнее кружилась голова. Перед ней разверзлась пропасть, в которую ее безудержно влекло.

Вдруг все встало на место. Майк освободил ее из своих жарких объятий. Сердце его пело — ведь Эбби даже и не пыталась оттолкнуть его! Судя по выражению ее лица, она готова была просить Майка остаться. Но он не станет торопить события. Эбби еще легко спугнуть. И если он проявит нетерпение, то погубит все.

— Спокойной ночи, Эбби. Увидимся завтра. И надень что-нибудь теплое, а то в горах бывает прохладно. — И, не устояв перед соблазном, Майк провел пальцем по очаровательному изгибу ее губ. Потом резко отвернулся и побежал вниз по лестнице, понимая, что если замешкается хоть на минуту, то не сможет уйти.

— Спокойной ночи, Майк, — повторила Эбби, глядя ему вслед…

С его уходом она почувствовала себя очень одинокой.

Слушая, как тетя Мег на все лады расхваливает Майка, Эбби кляла про себя Триш за длинный язык.