Рэндалл подошел к Гертруде и поцеловал ее в щеку.

— Вы просто очаровательны в этой шляпке, милая тетушка!

— Неужели? — холодно осведомилась миссис. Лаптон.

— Конечно, как всегда! Разве я не говорил это про вашу шляпку уже много лет подряд?.. Но я печалюсь, что вы все так долго не хотели доставить мне удовольствие видеть вас!

Он поздоровался с Гарриет и остановился напротив Стеллы.

— Милая кузина, какое на тебе восхитительное платье… Однако платочек на шее не только не гармонирует с ним по цвету, но и завязан самым ужасным образом! Позволь, я помогу тебе…

Стелла отшатнулась:

— Нет уж, уволь!

— Да, — улыбнулся Рэндалл, — чувствуется, особой любви я среди вас не снискал… А как дела у тебя, малыш Гай?

Гай, взбешенный подобным обращением, только фыркнул в ответ.

Миссис Лаптон, все еще обозленная двусмысленным комплиментом, высказанным ей Рэндаллом, резко сказала:

— Думаю, ты уже знаешь, что твой дядя скончался?

— О да, — отозвался Рэндалл. — Вы, вероятно, заметили траурную повязку у меня на рукаве. Так… А кто же из вас виноват в смерти дяди? Или вы этого еще не знаете?

Этот наглый вопрос вызвал всеобщее напряжение, чего, видимо, и добивался Рэндалл.

Миссис Лаптон сказала:

— Сейчас не время для глупых шуток в таком вульгарном тоне!

Рэндалл расширил глаза в притворном удивлении.

— Милая тетя, а почему вы решили, что я шучу?

— Если дядя и был отравлен, во что я мало верю, у тебя были самые веские мотивы сделать это! — сказала Стелла.

Рэндалл достал сигарету из своего изящного золотого портсигара и небрежно чиркнул спичкой.

— Точно, моя маленькая кузина, совершенно точно, но только не забывай, что я находился во многих милях отсюда, когда дяди не стало! Но я имел в виду несколько иное. Кто вообще запустил этот странный разговор, будто дядю отравили?

— Это я настояла на патоанатомическом исследовании, — глухо сказала миссис Лаптон.

— А знаете, тетя, я именно про вас и подумал, — заметил Рэндалл.

— Я совершенно не убеждена, что твой дядя умер естественной смертью. Я никого не обвиняю. Но тем не менее я буду вовсе не удивлена, если мои подозрения подтвердятся!

— О, вы всегда выражаетесь с прелестной прямотой! — улыбнулся Рэндалл. — Так что вы не обидитесь, если я так же прямо скажу вам, что нахожу ваш поступок не только бессердечным…

— Неужели?

— …Но также и ошибочным… — добавил Рэндалл.

— Меня не интересует… — начала Гертруда.

— А кроме того, в целом совершенно идиотским. Но этого и следовало ожидать.

— Может быть, тебе интересно, что…

— Мой опыт, тетя, подсказывает мне, что, о чем бы я ни услышал сейчас, это меня не заинтересует ни в малейшей степени.

Пока миссис Лаптон подыскивала слова, Стелла с любопытством спросила:

— А ты, Рэндалл, думаешь, что дядю и вправду могли отравить?

— У меня нет на этот счет никаких соображений, — мягко отвечал Рэндалл. — И это волнует меня не больше, чем высказывания тетушки Гертруды.

— Я понимаю, о чем ты говоришь, Рэндалл, — защебетала Джанет. — Но если он был отравлен, то всем нам хотелось бы провести расследование!

— Тебе хотелось бы провести расследование? — уточнил Рэндалл.