— Тише, тетя, тише! — громко прошептал ей Рэндалл. — Миссис Мэтьюс вспоминает, как она сама овдовела.

— Черт бы тебя подрал, — пробормотала за его Спиной Стелла, поняв насмешку.

— Ты прав, Рэндалл, я часто это вспоминаю, — согласилась миссис Мэтьюс. — И теперь, когда Грегори не стало, я чувствую, что осталась совсем одинока в целом мире.

Рэндалл сделал изящный жест в сторону Стеллы:

— Но, тетя Зау, вы забываете про двух своих неповторимых деток! — Он посмотрел в разъяренное лицо Стеллы и мягко добавил: — Может быть, это смягчит твое сердце, маленькая кузина и я не буду тобой проклят?

Перекрывая возмущенные голоса миссис Лаптон и Гарриет, спорящих об одежде покойного Грегори Мэтьюса, Стелла громко сказала:

— Ты гнусный подлец!

Он засмеялся:

— Спокойнее, Стелла, спокойнее!

— Ради Господа, убирайся отсюда и навсегда!

— Подумай, как вам всем станет тоскливо без меня, — заметил Рэндалл, поворачиваясь к двери. — Видишь, даже мои возлюбленные тетки прекратили ссориться между собой!

— Ты не останешься на чай? — спросила утомленная перепалками Гарриет.

— Нет, Стелла высказала определенное желание, чтобы я убрался и не появлялся здесь более, — смиренно ответил Рэндалл.

— Стелла, милая, не думаю, что ты это имела в виду, — сказала миссис Мэтьюс дочери.

— Ах, как же трудно быть главой семьи! — иронически вздохнул Рэндалл. — Но кажется, я становлюсь популярен в кругу ближайших родственников.

С этими словами он послал компании воздушный поцелуй и вышел из комнаты.

Однако после ухода Рэндалла напряжение в семье ничуть не спадало. Исследование органов Грегори Мэтьюса, результатов которого Филдинг ждал с минуты на минуту, пока не было закончено, и нервы у всех были натянуты как струны. На этом фоне приезд мистера Каррингтона и объявление им завещания покойного было как запал, поднесенный к заряду динамита.

Все, конечно, в той или иной мере питали надежды… И все, кроме Рэндалла, были полностью обескуражены этим завещанием. Миссис Лаптон досталось только тысяча фунтов и картина маслом, которая ей совершенно не нравилась. И к тому же она посчитала столь мизерное наследство просто оскорблением на фоне упоминания ее имени в завещании как "возлюбленной моей сестры Гертруды". Ни одна из ее дочерей не была даже упомянута в завещании, и слабым утешением служило то, что Гай тоже там отсутствовал. Стелле было завещано две тысячи фунтов с получением в день ее двадцатипятилетия, но с условием, что она не выйдет замуж за доктора Филдинга и не будет с ним помолвлена на тот момент. Основная часть состояния была завещана Рэндаллу. Но самое большое разочарование ждало миссис Мэтьюс и мисс Гарриет. Им не было оставлено ничего, кроме дома со всей обстановкой в совместное владение, и небольшой суммы на поддержание домашнего хозяйства. Основные расходы по содержанию дома должны были нести два душеприказчика — Рэндалл и мистер Каррингтон.

Как только мистер Каррингтон уехал, члены семьи почувствовали огромное желание выплеснуть эмоции. Пробный шар запустила миссис Лаптон.

— Ну что ж, нельзя сказать, что я удивлена! Грегори в течение всей своей жизни ничем не давал понять, что симпатизирует кому-нибудь, и было бы праздным занятием мечтать, будто он вспомнит кого-либо напоследок! И еще меня совсем не удивляет, что Рэндалл принимал самое непосредственное участие в оформлении этого завещания. Интересное дело, Грегори называет меня "возлюбленной сестрой" и оставляет мне при этом неудачный свой портрет, который, как он прекрасно знал, совершенно мне не нравился!

— Вероятно, именно Рэндалл обусловил мое наследство такими гадкими условиями? — в тон ей подключилась Стелла.