— А когда вы его видели в последний раз?

— Ну я же уже сказал — во вторник! В прошлый вторник.

— А что он сказал вам, уходя?

— Да ничего он не сказал!

— И он не оставил адреса, куда ему письма пересылать?

Браун еще раз смерил Ханнасайда взглядом и помолчал.

— Он и писем-то никогда не получал, — молвил наконец Браун.

Получив еще несколько невразумительных ответов в той же неделикатной манере, Ханнасайд решил плюнуть на это дело и вышел из магазина. Кажется, личность Джона Гайда, столь незначительная сперва, вдруг стала вырисовываться в ключевую фигуру расследования, подумал Ханнасайд, запахиваясь в плащ. Хорошо бы проследить его связи с убитым Грегори Мэтьюсом…

Ханнасайд подумал об этом еще немного, медленно шагая под мелким дождиком по Сити, и вдруг повернул к автобусной остановке, вскочил в омнибус до Пикадилли и отправился в гости к Рэндаллу Мэтьюсу.

Глава девятая

Было уже начало первого, когда Ханнасайд добрался до квартиры Рэндалла Мэтьюса, но молодой человек тем не менее принял его, будучи одетым в роскошный малиновый халат с кистями. Судя по всему, под халатом он был в полном параде, а не раздет, и Ханнасайд решил, что ношение столь странного наряда вызвано скорее эстетическими причудами, а не потребностями утреннего туалета…

— Извините, что побеспокоил вас, мистер Мэтьюс, — начал Ханнасайд, — но мне показалось, что вы можете помочь мне.

— Как отрадно слышать, — без малейшей радости в голосе откликнулся Рэндалл. — Выпьете шерри?

— Спасибо, я в это время дня не пью. Вам говорит что-нибудь имя Гайд?

Рэндалл налил себе стакан шерри и опустил хрустальную крышечку на горлышко графина.

— Ну да, — сказал он. — Гайд-парк, по-моему, знает всякий лондонец.

— Да нет же! Речь не о парках!

— Погодите, дайте припомнить… Киноактер?

— И все? Больше никого не припоминаете? — Ханнасайд смотрел на него в упор.

Рэндалл заслонил лицо бокалом с шерри.

— Нет, никого, — медленно ответил он. — Закурите? Возьмите сигаретку.

Ханнасайд закурил.

— Знаете, я здорово разочарован вашим ответом, мистер Мэтьюс. Я так надеялся, что вы прольете свет на сию загадку. Я тут изучил банковские записи вашего дядюшки… — он выпустил струю дыма, — …и обнаружил, что значительная часть его дохода складывалась из денежных переводов, которые посылал ему некий Джон Гайд. Возможно, это были доходы от какого-то бизнеса, в котором Гайд работал представителем или дилером Мэтьюса.

Рэндалл сделал хороший глоток из своего стакана. На лице его не отразилось ничего, кроме проснувшегося любопытства.

— А когда вы говорите о значительной части доходов, что вы конкретно имеете в виду, суперинтендант?

— Я пока не делал точных подсчетов за все годы, но в среднем на круг получалось тысяча двести — тысяча триста фунтов стерлингов в год.

— Ого! — Рэндалл почтительно склонил голову. — Действительно, сумма вполне приличная. А нельзя ли поинтересоваться, каким образом она оказывалась на счету дяди?

— Переводы делались чеками, — сказал Ханнасайд. — Регулярно, раз в месяц.

Он полез в карман и достал расчетную книжку Грегори Мэтьюса.

— Вот, — сказал он, протягивая ее Рэндаллу. — Можете сами посмотреть.

— Да, мне, как душеприказчику, это может оказаться весьма интересно, — кивнул Рэндалл, беря книжку в руки и начиная неторопливо ее листать.