— Вообще-то искать черную кошку в темной комнате — не самое мое любимое занятие, и потому позвольте спросить — что заставило вас обратиться со всеми этими вопросами именно ко мне?

— Да такое странное предчувствие, что ли… Наверное, я ошибся.

— На вашем месте, суперинтендант, я бы бросил этот след. Вряд ли он приведет вас куда-то.

— Ну, если позволите, это уж мое дело, — слегка поклонился Ханнасайд и вышел.

Поиск Джона Гайда оказался дьявольски неблагодарным делом. Никто не знал о нем ничегошеньки. И даже когда Ханнасайд с сержантом Хемингуэем, вооруженные ордером на обыск, явились в контору Гайда, на втором этаже магазинчика на Гэтсби Роу, они не нашли там ничего, кроме сейфа, письменного стола и пишущей машинки.

— Если это торговый агент, так где же его товары? — попробовал пошутить Хемингуэй, но им обоим было не очень весело.

А Браун повторял одно и то же — что он не видел мистера Гайда с прошлого вторника.

Но зато в банке Фостера им удалось кое-что разузнать. Нашелся чек, подписанный мистером Гайдом, который был обналичен именно четырнадцатого мая, во вторник, не кем иным, как мистером Брауном. Причем клерк подробно описал Брауна, и описание вполне сошлось с прототипом. Всего 25 фунтов стерлингов, но клерк заметил, что Браун и раньше обналичивал чеки за той же подписью. Браун при допросе не стал отрицать этого. Но он только брал деньги и передавал их Гайду. Почему Гайд просил его об этом, он не знал. Мало ли почему? Собирались ли в конторе у Гайда люди? Да, очень редко, какие-то деловые господа. Но он не знает, кто именно. Мистер Гайд никогда ничего ему не объяснял.

Когда сейф отомкнули, он оказался абсолютно пустым, если не считать незаполненной чековой книжки и пачки сертификатов на акции.

— Да, причудливая история! — заметил сержант Хемингуэй. — Видал я финансистов, но вот чтобы они помещали в свои сейфы собственные чековые книжки — такое встречаю впервые. По-моему, из этого сейфа уже успели изъять все мало-мальски интересное.

— Ну а зачем же ему было хранить свою чековую книжку в сейфе? — хмыкнул Ханнасайд. — Какой в ней тогда прок? Как правило, люди ее носят с собой, как только им удается завести таковую… Или уж по крайней мере держат ее в доме в письменном столе — подальше от глаз жены, но ведь не в конторе!

— Дело в том, что, судя по отсутствию домашнего адреса, у бедняги и дома-то не было! — засмеялся сержант.

В газете было дано объявление ко всем, знающим что-нибудь о Джоне Гайде, сообщить об этом. Глухо. Попробовали посмотреть в депозитном банковском сейфе, зарезервированном на его имя. Ячейка оказалась пуста.

Тогда сержант Хемингуэй, отличавшийся умением заводить себе друзей, попробовал попытать счастья с соседями Гайда. И полная леди с реденькой бородкой на тройном подбородке, возомнившая себя писаной красавицей после комплиментов Хемингуэя, вспомнила, что как-то раз, идя с мужем по улице, встретила Гайда. Сами они живут в доме номер 11, почти рядом, и муж сказал ей — смотри, дескать, вот идет мистер Гайд. Она не слишком хорошо его рассмотрела, но заметила, как он прошел через магазинчик Браунов прямиком в свою контору, не обмолвившись ни с кем ни полсловом. Тем не менее ей удалось, под нежным воздействием сержанта, вспомнить, что на нем были темные очки и одет он был очень даже ничего.

Все это было не особенно полезно, но больше ничего сержант не смог из нее выдавить. А кроме этой толстухи, никто из соседей никогда не видел мистера Гайда.

За домом 17 по Гэтсби Роу установили внешнее наблюдение, а история жизни мистера Брауна подверглась пристальному изучению в департаменте Скотленд-ярда.